Повелитель драконов

Но злить человека, во власти которого она оказалась, было неразумно. К тому же, в вопросе не было ничего такого, если не считать пренебрежительного тона, которым он был задан.

– Я не знаю… – Анна, невольно повторяя движение собеседника, тоже повертела в руках кубок, словно на его боках она могла найти ответы на вопросы.

Она и сама просила мужа отправить ее и девушек в монастырь, но получила достаточно резкий отказ. Лорд Скай потребовал, чтобы жена осталась в замке. А потом приказал в случае его поражения разрушить донжон магией, захватив с собой как можно больше вражеских жизней.

Она вынырнула из воспоминаний. Герцог молчал, все еще ожидая ответа. Анна вздохнула:

– Джонатан считал… поначалу он был уверен в победе… а потом… было уже слишком поздно… ваши войска подошли к замку.

– Думаете, я не пропустил бы женщин?

– Возможно, Джонатан не хотел рисковать… или просить…

Повелитель драконов усмехнулся. И Анна поняла, что он знал о последнем приказе лорда Ская.

Под пристальным взглядом Анна опустила голову, разгладила складки тяжелого плаща.

– И все-таки, что вы сделаете с ними?

– Вы не спрашиваете о себе, – мягко заметил герцог.

Анна пожала плечами.

– Я – жена изменника, которая пыталась уничтожить ваших людей. Я полностью в вашей власти. Но мне не хотелось, чтобы невинные девушки расплачивались за мои поступки своими судьбами.

Она смотрела прямо в серые глаза мужчины. Он криво улыбнулся.

– Думаю, для всех будет лучше, если пока что они останутся здесь, с вами.

– Но… – Анна растерялась. – Остаться здесь? В замке?

– Мне кажется, я достаточно ясно выразился! Если еще яснее – в ваших комнатах, рядом с вами! – герцог зевнул. – Простите, я чертовски устал. Не лучше ли поговорить обо всем завтра?

– Да, конечно! – понимая, что ей необходимо уйти, Анна торопливо встала, серебряная тарелка, лежавшая на коленях, соскользнула на пол и с грохотом покатилась по каменным плитам.

– Милорд?! – оруженосец мгновенно возник на пороге и замер, недоверчиво разглядывая Анну. – А…

Она вдруг вспомнила, что одета лишь в рубашку и мужской плащ, и покраснела.

– Джереми, не помню, чтобы я тебя звал! – холодно отозвался герцог.

Оруженосец судорожно сглотнул:

– Простите, милорд, но я услышал шум и решил…

– Свои мысли можешь оставить при себе, – оборвал его хозяин.