Странствующий Оруженосец

От площадки отходили лучами ведущие в глубь сада узкие дорожки, посыпанные песком, почти не видимые за ветвями.

Мишель оглянулся и увидел Анну с Матильдой, которые, весело переговариваясь и смеясь, ступили на каменные плиты. Анна нагнулась, отряхивая подол от песка и не заметила Мишеля сразу, Матильда же наклонила голову в приветствии и звонким насмешливым голосом спросила:

— Сир, что же вы скучаете здесь в одиночестве? Или какой-то невежа увел вашу даму сердца?

Анна резко выпрямилась, коротко взглянула на Мишеля и опустила голову.

— Я не скучаю, — пожал плечами Мишель и оглянулся на двери. Пейре де Бариллет встал со своего кресла и расхаживал перед камином, скрестив руки на груди.

Матильда хихикнула, жеманно передернула плечами и, подмигнув Анне, проворковала:

— Так уж и быть, не буду вам мешать. Пойду поищу Гийома.

С этими словами она повернулась и быстро пошла по одной из садовых дорожек. Ветки акации, усыпанные желтыми гроздьями цветов, сомкнулись, покачиваясь, за ее спиной.

— Ты ждешь меня? — спросила Анна, перебирая руками вышитые концы пояса.

Мишель сказал ей правду:

— Сир Пейре с дядюшкой о чем-то беседуют наедине, и я вижу... виконт чем-то озабочен. Мне хочется быть полезным ему.

— И долго ты здесь намерен стоять? — спросила Анна, и в голосе ее прозвучала плохо прикрытая досада.

Мишель подумал, что и вправду незачем бродить перед дверью, пытаясь подслушать разговор, который явно не предназначен для его ушей. Во всяком случае, завтра он сможет выпытать хоть что-нибудь у дядюшки.

..

— Пойдем в сад? — сказал Мишель, протягивая Анне руку. Она вложила свою грубоватую, жесткую, с выделяющимися жилами и суставами кисть в широкую ладонь Мишеля, и они пошли по желтоватому лучу дорожки прочь от дома.

В глубине сада, под ветками яблони, усыпанными маленькими, источавшими сильный ароматный запах, белыми цветками, была спрятана узкая каменная скамейка. Мишель хорошо знал ее — неприметную, похожую на прилегшего отдохнуть зверя из-за приземистых ножек, выделанных в виде толстых львиных лап.

Спрятавшись в полумраке веток, Мишель и Анна всегда вели здесь самые сокровенные разговоры. Не сговариваясь, оба они остановились перед скамейкой, собираясь предложить друг другу сесть, улыбнулись этому совпадению и сели на все еще хранящий солнечное тепло гладкий камень.

Некоторое время они сидели молча. Наконец, Анна осторожно сорвала с ветки, касавшейся ее плеча, белый цветок, поднесла его к лицу, вдыхая аромат, а потом протянула Мишелю.