Волчий лес

Даже повидавший многое Борис Григорьевич нервно вздрогнул, когда карга острым ногтем на своём кривом пальце вскрыла вену умирающей и на свежую рано, с вытекающей грязной жидкостью, начала по капле лить эссенцию вина и болотной воды, которая сначала даже и не думала смешиваться с кровью, а, словно масло в воде, перекатывалось. Но потом зеленоватая жидкость втянулась в разрез, из-за чего неудавшаяся самоубийца вскрикнула, будто от калёного железа.

- Всунь ей палку. А то зубы покрошит, - попросила ведьма, не испытывая жалости, - и ставь на самопал мензурку наполовину с мёдом, а наполовину зелёной редькой.

Быстро оглядевшись вокруг, Варвара не нашла ничего похожего на кляп, а бежать в хирургические палаты не было времени. Припомнив, что Круглов говорил об альтернативах, девушка открыла один из ящиков со свежими бинтами. В мыслях извинившись перед подругами по сестринскому делу, она, не колеблясь, втиснула меж губ пациентки белую ткань. Из на мгновение открытого рта вырвался очень сладкий запах, напоминающий карамель.

Следом ведьма затребовала пары йода. Но девица, к которой начали возвращаться силы, завертела головой, отказываясь вдыхать зелье. Борьба прекратилась только после того, как Борис схватил её за голову, ведьма ударила в живот, выбив воздух, и, в момент вынужденного вдоха, подставив тонкую банку под самый нос.

- Кипит? – спросила карга, оглянувшись на помощницу. – Тогда масло базилика туда же. Четыре капли. Больше не надо. Потом на вату и перевяжешь руку.

- Хорошо, - кивнула Варя, оставляя зелье и переходя к самому дальнему шкафу с маслами.

– Что с луковым отваром?

- Вон, служивому отдай. Тут её оставить всё равно не дадут. А в тюрьме ещё поддержка нужна будет. Пока яд до конца не выйдет.

- Жить будет? – глухо уточнил сыскарь.

- Как и просили. Ближайшие три дня – точно, - ухмыльнулась ведьма, а, помотав перед лицом мужчины флаконом с отваром, добавила. – Если только не захотите загубить.

Варвара делала перевязку не смотря в лицо Груни, всячески стараясь отогнать от себя невовремя пришедшую часть прошлого.

Было очень неприятно связывать брошенную Крюковым фразу о причастности юной ведьмы к нападению и потере памяти и те дни, что были проведены рядом, было больно от понимания того, что никогда прежде несостоявшаяся самоубийца не давала и намёка, чтобы уличить её в колдовства, а уж тем более к созданию упырей. Волколачка до конца не понимала, что значила это, но догадывалась, что к долгой и счастливой жизни не ведёт.