Адский договор: Переиграть Петра 1

В Москве уже целый полк такой был, с которым вечно стрельцы лаялись и по кабакам дрались.

- ... Пора, похоже, начинать. Я сейчас волну на Красной площади пущу, а потом, глядишь, и стрельцы бучу поднимут, – тряхнул головой Дмитрий, медленно поднимаясь на ноги. – Ну, с Богом...

Встал, высоко подпрыгнул и вдруг резко замахал руками. После заходил по паперти, словно кочет. То подпрыгнет, то выгнется всем телом, то головой станет мазать. Чистый драчливый кочет!

- Ку-ка-ре-ку! Ку-ка-ре-ку! – заорал парень невероятно пронзительным голосом.

Ковылявшая рядом бабка с клюкой даже подпрыгнула от неожиданности, а, опомнившись, начала истово крестится. Испуганные воплем парня, десятки воронов сорвались с крыш и с карканьем стали кружиться над площадью. Мрачноватый, словом, антураж получался. А Дмитрий и не думал останавливаться, вновь принимаясь за свое. – Ку-ка-ре-ку! Ку-ка-ре-ку!

Останавливались привлеченные криками люди. Ржали лошади, псы принимались лаять, выть.

- Не лезть свинье со своим рылом в калачный ряд, не ставить там свои порядки! В хлеву ей сидеть, в грязи валяться и похрюкивать!

Начал он с пословиц и поговорок, намекая на известные обстоятельства.

А как же иначе? Не орать же напрямую, что не место бабе на троне, что подле мужа ей сидеть нужно и голову лишний раз не поднимать. Сейчас за такое, впрочем, как и всегда, мигом головы можно было лишиться. Не успеешь оглянуться, как уже «шить» статью будут об оскорблении царской чести и руки заламывать. Тут с этим быстро.

- Не место гусю на шестке рядом петухом и курами! Лапками он должен по земле-матушке топать и деток-гусяток своих одерживать! Кочету же следует на самом верху шестке сидеть и оттуда гордо на других взирать! Петя-Петя-Петушок, ждёт тебя вскоре твой шесток! Где ты, Петя, бродишь, где ты, Петя, ходишь? Иди скорей...

После многократного упоминания имени «Петя», да ещё с особенным ударением, всем стало ясно, о чем он ведёт речь. Тут семи пядей во лбу не нужно было иметь, чтобы узнать царевича Петра и его историю.

- А коли не придёшь на шесток, быть во всем дворе беде великой, страшной! Быть хладу и мору, врага приходу...

Накрутив себя, Дмитрий подскочи к недалеко стоящей бочке с водой и с силой хлопнул по ней.

От сильного хлопка многоведерная бочка затряслась, возница с огромным черпаком от неожиданности на задницу свалился.

- С верою в Господа говорю, что кровь по земле литься будет, коли кочет свое место не займет.