Боги поневоле. Наследие Зевса

- Я есть океан! – загрохотал в зале смеющийся голос морского бога, - Я есть море! Я есть вода! Мне подвластны все течения и все морские ветры, мне подвластны те, кто живет в воде! Вода – моя стихия, вода дает мне жизнь, она дает мне силу! Вас, людей, вода может лишить жизни! Да будет так!

Он приподнялся на цыпочки, потрясая руками, а потом вдруг резко опустил их вниз.

Водная завеса сплошной стеной обрушилась на зал, затапливая, заполняя его до краев. Марк, не успевший набрать в грудь воздуха, задохнулся и, замахав перед собой руками, неловко попятился назад, к открытой двери.

Друг его, неудачно упавший и не успевший подняться на ноги, почувствовал, как вода приподнимает его и несет, несет куда-то…

Клацнули гигантские зубы в нескольких сантиметрах от его лица. Пол дернулся, уходя от смертельной встречи и открыл рот, пытаясь закричать, пытаясь сообщить об угрожающей им опасности Марку, но не смог издать ни звука.

Акула, попавшая в родную среду, закружилась по залу, уверенно взбивая хвостом пену и идя на запах человеческого существа.

Цейлинг, кое-как загребая руками, попытался отплыть подальше, сопротивляясь волокущей его массе воды, пытаясь ускользнуть от смертельной опасности… Акула приближалась неумолимо, стремительно; рот ее приоткрылся, готовясь поглотить несчастного экс-султана.

Марк, видя, что происходит, забывая от ужаса о том, что захлебывается, вытянул обе руки перед собой, пытаясь послать молнию в треклятую хищницу, собираясь уничтожить ее, забыв обо всякой жалости.

Что-то обхватило его вокруг пояса и, резко дернув, швырнуло назад, выбрасывая за пределы зала, выталкивая из водной толщи в комнату, ту самую проклятущую комнату, из которой однажды он уже еле выбрался. Он не успел прийти в себя и броситься обратно, спасать друга, как дверь за ним захлопнулась.

Пол остался один.

Он нырнул, пропуская подобравшуюся акулу над собой, надеясь только не захлебнуться и не стать слишком легкой добычей и, извернувшись, огляделся. Дверь в зал, куда вышвырнуло Марка, была закрыта.

У дверей, ведущих на выход, стоял, совершенно не испытывающий дискомфорта от пребывания под водой, ухмыляющийся Посейдон. Полу даже на миг почудились открывшиеся на его шее жаберные щели, но заострять на этом внимание было некогда.

Акула развернулась и, вхолостую щелкнув зубами, вновь пошла в атаку. Цейлинг попытался удрать вперед, но быстро сообразил, что так морская тварь намного превосходит его в скорости и резко свернул вправо.