Шахматы фэйри. Рокировка

Всё же беспокоится. Но только ли за свою жизнь? Это что, уже другая шайка? Неужели еще один жадный охотник за таким, оказывается, драгоценным Кельтландом? Да что там особенного – кроме старых камней, вересковых скал и промозглых туманов? И еще холода.

Но его в Вульфланде еще больше. Как и снега. И еще северное сияние имеется.

Потому сюда сиды сначала и сунулись? Они ведь мерзнут наверняка не больше оборотней.

- И что вы хотите взамен? – Маргарита протянула руку к темно-бордовому графину – с Приморских Городов. Неторопливо протянула, но прекраснейший сидхе только что нервно не дернулся.

- Кельтланд, Ардан или для разнообразия – еще и мой родовой замок? А может – южный Альтасар? Или уже захваченный вашими Вульфланд? И Приморские Города – там тепло, красиво и льют отличное стекло. Говорите, не стесняйтесь.

- Нет, мои запросы – гораздо скромнее. Никаких земель, поместий и замков. И даже моря. Всего лишь одного-единственного человека. Поверьте, у вас нет причин его жалеть или ценить.

Вот это уже ближе к старинным легендам.

К их древним истокам. Этак еще и до подброшенных детишек черед дойдет.

- Я его знаю? – криво усмехнулась она. - И насколько близко?

Неужели Нарцисс? Забирайте! Но поторговаться стоит. Даже за самую паршивую овцу. Или свинью. Даже за совсем бесполезную, и наоборот – вредную. А это ведь рожденный лично Маргаритой поросенок. Хоть и не взял от нее ни клочка шерсти.

- Насколько я осведомлен – пока еще нет, - вернул он себе непоколебимую уверенность. И даже прежнее высокомерие.

- За будущее правда ручаться, увы, не могу. В любом случае, когда придет черед отдавать долг - познакомитесь. А уж насколько близко… Вы ведь помните старую сказку: «Отдай то, чего дома не знаешь»?

- Да, ваш народ ее нежно любит. Уже много веков. Но все мои дети рождены в законном браке. Тайных бастардов у меня нет и не было. Их любой женщине вообще скрыть затруднительно. Особенно замужней. Даже оборотню. И рожать я больше не собираюсь. А если неизвестные мне дети есть у Ричарда – ему ими и распоряжаться.

Мне он такого права не давал.

- Вы ничего не знаете о моем народе, - надменно заледенели высокомерные синие глаза собеседника. Все-таки синие. Прекраснейшие очи. Не слишком ли осмелели, Ваше тонкокостное Великолепие? – До сих пор вы имели дело лишь с презренными отщепенцами нашего племени.

Даже если так – не впервой. Карл тоже когда-то был изгнанником и отщепенцем.

А Маргарита и ее сын – тайные отщепенцы среди людей. После смерти всей Семьи – навсегда.