Очерки истории Ларес

Вскоре лагерь оживился и вождь показался сам. Александр спросил его о его решении, но тот лишь печально покачал головой. После того, уже оседлав коня, он вновь долго смотрел на тот берег. Лагерь гурми постепенно снимался и был готов к отбытия. Позади, за каменистым склоном, у самых скал, женщины созвали детей и согнали коз, а здесь, ближе к реке, молодые воины собирали остатки вещей. Вражеский берег был тих и беззвучен. Александр обернулся к этим воинам. «Трусы!» - крикнул он, - «Неужели испугались вы ничтожного дикого племени? Или, быть может, вода этой узкой речушки пугает вас так, что вы готовы отказаться от лучших земель и вернуться, себе на погибель, в пустые скалы? Мне нужно двадцать человек – храбрых и сильных, тех, кого не страшат такие ничтожные преграды.

Двадцать человек, чтоб разрушить запруду, отбить жалких варваров и открыть путь к востоку». Они глядели на него, но молчали. «Двадцать, хотя бы десять человек, чтобы вернуть надежду всему народу, кто пойдет со мной?» Один воин с подозрительным и злым взглядом посмотрел на него пристально и ответил: «Никто, Сариэ». «Никто? Никто из всех?» – он осмотрел напряженные и мрачные лица вокруг. «Никто», - ответили они глухо. «Никто. Мы больше не верим тебе», - подтвердил прежний воин. – «Если хочешь – иди один». «Один?» – Александр вдруг вздрогнул и побледнел, отпрянув. Он смотрел на них с прежним своим застывшим выражением не отрывая глаз. Потом вдруг усмехнулся мертвенно, повернул коня и прищурился, словно измеряя взглядом расстояние до реки. Он откинул волосы и лоб его разгладился. Я видел, что он был оскорблен. «Что ты задумал?» – спросил я в ужасе. Он усмехнулся вновь. «Я пойду один!» И он резко пустил коня галопом вниз по камням прямо реке. Вскрикнув, я поскакал за ним. Воины что-то кричали сверху, мне казалось, они кричали: «Смотрите, смотрите, он предатель, он бежит к ним!», - но я уже не слышал. Он направил коня прямо к запруде и, неимоверным прыжком преодолев ручей, пустил по настилу, который дрожал и шатался: по нему, должно быть, легко было пройти – но не промчаться вскачь! И однако он промчался. Я понимал, что это безумие – но мне ничего не оставалось, как следовать за ним. Несколько камней расшатанной запруды полетели вниз и мост накренился. Тут же несколько стрел просвистели мимо нас, но не попали в цель. Теперь лучники сами выскочили из кустов растерянные и, кажется, сонные.