Город во влажной низине

Достав из рукава веер, госпожа Мурасаки записала на нем:

Осенняя луна

В горах

всего прекрасней

когда я с милым другом

могу соприкоснуться рукавами

Протянув веер господину Цуки, дама в смущении закрыла лицо своим широким лиловым рукавом, затканным волнами, и удалилась.

Вернувшись в Столицу, Цуки-сама велел справиться о госпоже Мурасаки: из какого она дома, кто ее родители, кому прислуживает она при дворе. Но никто из слуг не сумел разыскать красавицу. Словно призрак явился Наставнику под осенней луной.

На следующий же день, облачившись в лучшие свои одежды, Цуки-сама отправился в горы. Издали еще среди алых кленов приметил он лиловое платье госпожи Мурасаки. Отослав слуг, Наставник один поднялся в рощу.

- Вы обманули меня, - сказал господин Цуки. - Вас не знают в Столице.

- Разве сказала я, что живу в Столице? - укорила его госпожа Мурасаки. - Дом мой расположен в горах. Я покажу, если вы желаете его увидеть.

С трепетом последовал Цуки-сама за загадочной дамой к ее жилищу.

Было оно выстроено на склоне горы из сосновых бревен и окрашено в алый и черный. На бамбуковых шторах нарисованы были гора Босуяма и полная луна. Выбежавших на звук шагов служанок госпожа Мурасаки отправила за вином и закусками, и сама проводила гостя в комнату. Пока Цуки-сама угощался соленьями и подогретым вином, дама играла ему на бива, после чего спросила:

- Я загладила свою вину, Цуки-доно?

Устыдился наставник, что оскорбил прекрасную даму, и страстно просил у нее прощения.

- Что ж, я прощу вас, - ответила госпожа Мурасаки, - если вы поцелуете меня.

Господин Цуки разделил с прекрасной дамой изголовье, что в те времена считалось делом обычным, и перед самым рассветом вернулся в столицу. Не мог он заснуть, ведь всякая мелочь напоминала ему о возлюбленной, и тогда Наставник записал на золотистом листе такаками:

Осенняя луна

нам освещала

путь

Пусть же и завтра выйдет

чтоб я не заблудился

Подозвав слугу, Цуки-сама велел отнести послание госпоже Мурасаки, однако же глупый вернулся и сказал, что не смог отыскать на склоне горы Босуяма дом.

Вечером Наставник сам отправился на свидание. Дама приняла его благосклонно, и вновь пил он вино и слушал игру на бива, а после сам сыграл на флейте. И все же в тот вечер была дама печальна. Перед рассветом, собравшись уходить, Цуки-сама спросил:

- Что вас беспокоит, госпожа моя?

Но дама только покачала головой и протянула на прощание ему свою ленту.