Записки о рыцарях

Признавайся, с какой целью ты пытался навязать мне новый брак, и кто надоумил тебя на то, чтобы собрать тех трёх людей в моём замке?

- Госпожа, я не понимаю суть вашей претензии. Я уже говорил, и могу повторить о том, что нам нужен предводитель, который возглавит воинов в том случае, если наступят тяжёлые времена. Я пригласил самых, на мой взгляд, достойных представителей рыцарского сословия, что были доступны на тот момент. Не буду скрывать, я питал надежды на то, что с одним из них у вас возникнет роман, который перерастет в свадьбу.

И я совершенно не понимаю, почему вчера вы так бесцеремонно всех разогнали.

- Ты всё сказал?

- Да, моя госпожа!- после этих слов Эберхильда наклонила голову. Я с лёгкостью подхватил грека и сбросил его вниз. Он расшибся об землю двора, и суетившиеся рядом слуги воскликнули, отбежав в стороны. Спустившаяся леди объяснила, что это несчастный случай, и отдала пару писем ожидающим во дворе гонцам. Одному из них были даны самый быстрый конь и самое ценное письмо, адресованное племяннику хозяйки замка, что недавно стал вождём своего клана.

На следующий день по марке прокатилась новость о том, что Себерн и Хаймфрид развязали друг с другом войну, а Эберхильда, узнав об этом, лишь хитро ухмыльнулась, разминая пальцы. Ещё через день к замку стали стекаться отряды вооруженных мужиков, а через неделю с холма, на котором госпожа последний раз видела своего покойного мужа, послышался вой гуннского рога. Передовой отряд из пятидесяти воинов под предводительством племянника Эберхильды, Балтазара, въехал в замок.

Представ перед своей тётей, юный вождь расцеловал её и заверил в своей верности. Он сказал, что весь подконтрольный ему клан движется сюда, но он со своими отборными бойцами уже готов уничтожить всех врагов его любимой родственницы.

И она не стала медлить. Облачившись в доспехи мужа, взяв его щит, меч и коня, она во главе собранного войска, уже большего по численности, чем у всех окрестных феодалов, пошла бить армии Себерна и Хаймфрида.

Хаймфрид опять держал осаду, но в этот раз за стенами крепости был не Адельстейн, а презираемый госпожой Себерн. Барон-отцеубийца не понял, что здесь делает войско во главе с дамой, чью руку он хотел бы получить, и, завидев Эберхильду, погнал своего коня к ней, надеясь на то, что она пришла присоединиться к осаде, однако женщина достала степной лук и, натянув тетиву, точным выстрелом поразила рыцарского коня в голову.