Тени этого мира

Та настолько скрупулезно выполняла указания своего хозяина, что даже еду мне приносила какая-то другая девушка. Сирина же не уходила из моих покоев ни на мгновение. Наконец, на город спустился вечер, и я задремала. Сирина была милой девушкой, но весь день в ее обществе показался мне утомительным. Правда, мне и в голову нее пришло оспорить приказ венецианца. Так что сон я восприняла, как абсолютное благо покоя и уединения. Но так не произошло…

Во сне я будто бы вернулась в свое прошлое. Более того, я увидела то, что считала давно и прочно похороненным в моей памяти.

Я увидела опекуна и его дом, я увидела Цезарио, протягивавшего мне руку перед храмом, в котором нас венчали. Я смотрела на него, и моё сердце радовалось: вот какой у меня красивый будет муж! О, да! Я вспомнила, что тогда готова была полюбить его от всей души! Так он показался мне хорош. Вот мы входим в замок над мареммой, и он говорит мне: «Ты покинешь его, только в день своей смерти». Вот мои одинокие дни и ожидание, когда Цезарио вернётся из похода. А вот день, когда я стала его женой. Он встал передо мной во всех подробностях. И я как тогда ощутила свои стыд, страх и боль. Вот Пеппа и Уррака хлопочут надо мной, принося мне отвары, и Уррака говорит Цезарио: «Она не девка в завоёванном городе, ей носить твоих сыновей!» А вот – младенец на моих руках и мои рыдания, когда Цезарио не дал мне даже проститься с сыном. Вот муж опять пришёл ко мне, и я опять в тягости. А вот он заставляет меня выпить отвар, чтобы моя дочь не родилась на свет. И снова я чувствую боль и страх. А вот я сижу у очага и чувства мои совсем замерли. Я думаю только о скорой смерти и призываю её, как благо. Муж мой вернулся домой, и я знаю, что он сейчас придёт ко мне и знаю, что последует за этим. И одна только мысль преследует меня: зачем мне всё это и когда это всё прекратится. Лучше б я умерла во младенчестве, как более удачливые создания Господни. Я – древняя старуха. Я вижу Цезарио, который смотрит на меня и говорит: «Когда же ты освободишь меня? Мне не терпится взять другую жену!»

Но вот видения отступили, и я вдруг ощутила необыкновенную лёгкость.

Я увидела лес – тёплый, сосновый лес. И будто бы я еду верхом на лошади, в седле, опираясь спиной на своего спутника. Неужто это Цезарио? Нет! Цезарио надел бы доспех, а мой спутник одет в мягкую тёплую кожу и пахнет от него совсем иначе. Он что-то говорит мне и смеётся, и я улыбаюсь, подставляя лицо лучам солнца.