Хроники Беовульфов

Испуганную донельзя лисицу, затаившуюся в чащобе по ту сторону заснеженного оврага. Лес переполнен осторожными звуками и смертным ужасом, отчаянной паникой перед нами – Волкодлаками Готтонского клана!

Последняя преграда – незамерзший до конца ручей. Пахнет талым снегом и бегущей водой. У воды на самом деле очень много запахов: стоячая, болотная, речная, озерная, морская. Вся она отдается в нашей безупречной обонятельной системе совершенно по-разному, людям этого никогда не понять. Не ощутить сладость только что пробившегося из глубин земли родника.

Как не понять и удовольствие от стремительного бега по ночному лесу.

Хотя, наверное, это все-таки могут ощущать бегуны марафонцы. Они-то точно проходят такие дистанции не из-за принуждения или прихоти, это их обычное животное состояние. Они намного ближе к природе, чем другие люди. Прыжок! Лапы мягко приземляются на другом берегу и несут меня дальше. Дьявольски отрадно ощущать себя таким сильным и ловким! Все члены клана выполнили этот запредельный прыжок через промоину совершенно непринужденно.

И снова запальчивый бег, теперь только вверх по склону. Уже совсем близко!

Деревья резко раздвинулись в стороны, открывая лысое навершие каменистого холма. Они всем кланом добежали до вершины и остановились, образовав ровный круг. Меня услужливо пропустили в его середину. Все нетерпеливо ожидают, когда Это начнет Первый. То есть я! Поднимаю голову вверх. Она светит, она зовет, она ждет! Невероятно красивая, сверкающая серебром, волшебная тарелка, висящая на небе.

Глубоко в душе я понимаю, что это всего лишь планета, отражающая солнечный свет. Но сейчас все по-другому, сейчас она наша богиня, и мы споем ей сегодня великую Песнь!

Это невозможно описать. Люди не достигают подобного пика наслаждений и никогда не смогут его достичь. Они слишком примитивны в собственных заблуждениях и не умеют развивать глубинные ощущения. Цари природы…ха, никчемные обезьяны, по прихоти эволюции, попавшие на самый верх! Моя лобастая голова запрокинута к черному небу и из глубины могущественного тела рождается звук, протяжный, волчий, растянутый, тут же окутывающий окружающий нас лес со всех сторон.

Ко мне незамедлительно присоединяются собратья. И все мы дружно с восторгом поем старинную песню, пришедшую к нам из такой неимоверной глуби веков, что об этом даже страшно подумать. Она бессчётное количество раз повторяется в период полнолуния. Времени волшебства и колдовства, злобных чар и благородных поступков.