Камень нищего

Вряд ли он узнал её, но она не забыла это гадко-насмешливое лицо.

– Он здесь!

– Что? – стражник поднял её за шкирку, – Голос будешь подавать, когда велят, – и пинком втолкнул в помещение. – Арестованная доставлена!

– Ступай и жди за дверью, – хозяин кабинета не сразу поднял на них глаза, уткнувшись в какие-то бумаги. – Что ты хотела сказать?.. – наконец рассеянно спросил он, в этот раз не предлагая сесть. – И с ковра сойди. Нечего вшей трясти. Чистили недавно...

– Почему вы не задержали его?! – выпалила, захлёбываясь, Мая.

– Это тот самый, из шайки одноглазого… Убийца с дубинкой!..

Судья, казалось, пропустил её слова мимо ушей и заговорил с ней бесстрастным голосом, как лекарь, назначающий лекарство:

– Теперь ты здесь уже не в роли свидетеля. И что ранее пострадала от противозаконных действий, не даёт право в свою очередь нарушать закон.

– Я ничего не нарушала… – потупилась девочка. – Просто…

– Молчи и отвечай, только когда я буду спрашивать. Итак, ты обвиняешься в краже, – положили перед ней предмет недавнего соблазна, за который теперь ожидала расплата.

На треснувшем боку ещё блестели капельки сладкого сока. Задержанная проглотила слюнки. – Согласно «Уложению о наказаниях», данное преступление карается… – он начал нудно листать толстую книгу, непонятно зачем, поскольку, отыскав нужную страницу, стал цитировать, даже не глядя в текст. Надо думать, давно выучил наизусть. А показывать ей, не умеющей читать, смысла не было. – Карается усекновением руки ниже локтя. Однако!.. Да ты и без того безрукая. Не смогла вытащить, не уронив…

– Оно само выпало! – чумазые кулачки спрятались за спину, словно это могло их спасти.

– Попробую поверить. Тогда… При незначительности ущерба, несовершеннолетии преступника, и если ранее обвиняемый не привлекался, суд может проявить снисхождение. А он, узнав твою историю, несомненно его проявит. Ежели, конечно, будешь помалкивать и не задавать лишних вопросов. В таком случае наказание существенно мягче: воспитательная порка, числом плетей соответственно годам.

Знаешь свой возраст?

– Почти одиннадцать… – прикинула Мая.

– На вид дашь меньше… Хорошо, пусть будет одиннадцать. И столько же недель каторжных работ для возмещения убытков и судебных издержек. А также пожизненное ношение нестираемого знака, который навсегда лишает права пребывания в границах земель вольного города и налагается посредством клеймения. Это всё, на первый раз.