Долгая полночь

Был оруженосец Флоран, умевший красиво петь и играть на лютне — Жанна с удовольствием слушала его песни. Был Шарль де Баланьи, надутый, надменный рыцарь, искренне считавший Жанну своей Прекрасной Дамой. Правда, обязанности Дамы у него почему-то смешивались с обязанностями служанки и наложницы, на что колдунья неизменно обещала лишить телохранителя мужской силы — и после очередной такой угрозы мессир Шарль сам попросил коннетабля о другой службе. Были ещё многие, считавшие Жанну тёмной крестьянкой и сменявшиеся один за другим — до тех пор, пока не появился Эвен.

И вот уже полгода он ходил за Жанной молчаливой тенью, верный и всё время спокойный, как скала. Жанна знала о нем жалкие крохи и не пыталась лезть глубже.

Все эти мысли роились в голове, точно стая мух, и, не выдержав, Жанна всё же встала готовить обед. Жан не держал ни повара, ни даже кухарки, пищу себе готовил сам, и от стряпни этой у Жанны сводило зубы.

Раз уж ей суждено пробыть в проклятом городе ещё несколько дней — а может, и дольше, она, по крайней мере, будет хорошо питаться.

А вкусно поесть Жанна любила, хоть из-за походной жизни это ей и удавалось весьма редко. Она могла сколько угодно не любить Париж, но зато там можно было отведать сдобных пирогов и приготовленное с дорогими восточными пряностями жаркое — здесь, в Руайяне, такого не водилось.

Впрочем, Жанну нисколько не смущала варёная свинина с ржаным хлебом и горохом, а на сладкое — пара яблок с вафлями и мёдом. Это всё равно было куда лучше того, что она ела в доме матери.

По правде сказать, для обеда было ещё рановато, но вчера колдунье удалось лишь мельком перекусить, и теперь желудок настойчиво требовал пищи.

— Сегодня пятница, — заметил Эвен, заканчивая нарезать мясо.

Жанна не впервые использовала его в качестве поварёнка, но телохранителя это не смущало.

— И что?

— Постный день, — он с каменным лицом высыпал мясо в котелок.

— Вот пускай монахи его и соблюдают, авось жир сгонят, — проворчала Жанна и тут только поняла, что шотландец смеётся. — Эй! Ты никогда раньше не шутил!

— Иногда ведь нужно начинать.