Долгая полночь

Жанна сперва сидела в кресле-качалке, отрешившись от мира и размышляя о своём, затем от скуки принялась изучать дом. Ничего примечательного, впрочем, кроме «Книги о Ланселоте Озёрном», она не нашла. Дом был скромен и вообще мало походил на жилище графа. Если в столице рыцари будто соревновались в роскоши, стараясь переплюнуть друг друга по дороговизне окружения, то здесь всё это отсутствовало. Самой дорогой частью дома был гобелен с гербом Олерона: алое закатное солнце на фоне синих и жёлтых квадратов.

Вскоре из церкви вернулся Луи, таинственно улыбаясь и щуря глаза. По коже Жанны пробежали неприятный холодок, но нет, старший брат Солнечного рыцаря по-прежнему оставался человеком. Возможно, сказала она себе, демон строит другие козни.

Думать об этом не хотелось совершенно. К тому же вряд ли мысли могли дать ответ: для него следовало опять уйти за Грань, а Жанна не собиралась делать это в ближайшие несколько месяцев. И, устроившись за столом с книгой о Ланселоте, погрузилась в вымышленный мир, забыв о реальном.

Эвен сидел рядом безмолвной тенью. Казалось, он может просидеть так, не шевелясь, хоть целый год.

Лишь вечером, когда на колокольне отбили девятый час, появление Джека внесло хоть какое-то оживление.

— Милорды... миледи... — лучник нервно поклонился, явно чувствуя себя неуютно под взглядами рыцарей.

— Успокойся, Джек, — мягко сказала колдунья. — Рассказывай.

— Дак это... Все с сэром Томасом в порядке, миледи. В церковь ходит, креста не боится. На погосте был, где мы с одержимыми дрались, но не один, и Пёс Господень с ним тоже.

— Неужто мы ошиблись? — Жан побарабанил пальцами по подлокотнику кресла.

— Было кое-что... — сказал Джек и тут же втянул голову в плечи, перехватив взгляд Жана. — Пока монах с лучниками осматривали всё, сэр Томас возле одной из могил стоял. Я потом подошёл, посмотрел. Обычная такая могила, а похоронена там Маргарита. Вот, так просто — Маргарита и всё.