Долгая полночь

После третьего раза Жанна наткнулась на внимательный взгляд Франциска — старик положил холодную ладонь ей на лоб, и больше в эту ночь сны не приходили.

Она проснулась с рассветом. Небрежно прикрытая дверь хлопала на ветру, окна трепетали, грозя лопнуть. 

— У тебя глубокие раны, колдунья, — сказал Франциск, когда она вышла к обрыву, кутаясь в серую накидку — дул прохладный ветер. Старик стоял у самого края, глядя на восходящее солнце.

— Не расскажешь, что произошло?

— Я думала, тебе известно всё.

— Даже Гавриил не может сказать о себе того же — иначе с чего бы ему посылать в этот мир корвусов? Нет. Я знаю не больше, чем любой другой человек.

В этом Жанна сомневалась, но спорить не желала.

— Идём в дом, — велел старик.

Уже за столом, когда Жанна съела ещё одну тарелку, он вновь попросил рассказа, и пришлось подчиниться.

Франциск слушал внимательно, не перебивая, и лишь один раз, когда Жанна упомянула о своём задании, сказал:

— Изгоняющая, значит... Последняя женщина с таким даром умерла очень давно. Полсотни лет назад... У тебя ценная жизнь, девочка. Не потеряй её.

Жанна продолжила. Она рассказала о том, как пыталась выбраться из города вопреки воле лорда Мортимера, как Луи преградил ей путь и как простой английский лучник сделал то, чего не смог Солнечный рыцарь.

Рассказала, как погиб Луи, пытаясь схватить её, как их с Эвеном настиг его брат и как он привёл потом англичан.

— И вот теперь, — закончила она, — теперь из-за меня Эвен мёртв, а убийца ещё дышит — и это причиняет мне нестерпимую боль.

— Мёртвым всё равно, девочка. 

— Я знаю. Но не всё равно мне.

— Что же, если ты хочешь убить Солнечного рыцаря, то я не стану тебе мешать, — Франциск пожал плечами.

— Но и помогать тоже.

— Ты уже помог.

— Я спасал тебя от силы, которую ненавижу больше всего и с которой заключил договор, — мягко сказал Франциск. — Иногда нам приходится говорить с врагами. Попробуй и ты. 

Жанна промолчала. Она знала, что разговоры здесь бесполезны. Это можно было сделать раньше — но не сейчас.