Долгая полночь

Посмотрела на улыбающегося сэра Томаса Норроэуя — и от ярости у неё потемнело в глазах.

[1] Баклер — маленький кулачный щит.

Пленница

Чума не заставит людей забыть о ненависти.

Глава 8

Дому было лет двести. Старые камни вросли в землю, подёрнулись мхом, но даже на поверхностный взгляд казались ещё крепкими. Острая крыша с резным коньком нависала над входом, а в стенах виднелись бойницы, словно неведомый строитель возводил не дом, а небольшую крепость. Впрочем, при взгляде на стены в это охотно верилось.

Массивное бронзовое кольцо загрохотало о подставку, но дом так и остался мёртвым. Эвен ударил ещё раз, но лишь когда он уже совсем бесцеремонно забарабанил кулаком по твёрдому дереву, с той стороны донеслись ругань и шаркающие шаги.

— Кого ещё черти принесли! — дверь распахнулась, и Жанна увидела на пороге здоровенного парня в ливрее слуги. Парень был весьма раздражён и одет явно наспех.

— Сказано же, лорд не принимает! Иди...

Договорить он не успел. Разъярённая колдунья нашла, наконец, на ком можно сорваться, что тут же и сделала — кулак её без замаха врезался слуге под дых. Когда же незадачливый привратник, охнув, согнулся, его настиг второй удар — на этот раз локтем по виску.

— Меня примет, — буркнула Жанна, не преминув пройтись по спине поверженного. Драться её учил сам коннетабль ещё в те времена, когда растерянная крестьянская девушка едва пришла в себя, оказавшись в королевском дворце.

И хотя силой колдунья вряд ли могла поспорить со стальными мышцами Эвена, защитить себя она умела. Впрочем, как умела и врезать нахальному слуге, загородившему дорогу.

Очень быстро выяснилась и причина нахальства привратника — из-за двери выглядывала черноволосая девица в одной простыне, которую она прижимала к отнюдь не маленькой груди.

Увидев гостей, девушка взвизгнула, но убегать не стала — видимо, некуда было.

— Лорд Роджер Мортимер здесь? — равнодушно спросила Жанна. Выпустив охватившую её злость на нерадивого слуга, она разом остыла, и даже желание прибить на месте английского наместника куда-то исчезло.

Девица закивала.

— Чудесно. Проведёшь нас к нему, раз уж твой друг валяется у порога.