Берег Живых I - Наследники Императора

А вот сама мысль о предательском нападении разжигала в нём гнев. Как посмели заговорщики покуситься на наследного царевича! Проклятым эльфам не могло быть веры, он всегда это знал. Но если предательство Тремиана Ареля Ренэфа не удивляло — эльф он и есть эльф, у этих даже между собой отношения такие, что не поймёшь, союзники они или враги, — то вопрос, как удалось подкупить Сенахта, вызывал у него недоумение. Хэфер возвысил этого простолюдина до ранга личного стража и не жалел богатых подарков для его родителей.

Но, похоже, рыбак оказался не так прост, как всем казалось, хотя какие он преследовал цели, приводя своего господина прямо в засаду, уже никто никогда не узнает. «Что ж, тем лучше, что Сатеховы твари покарали их всех. Вряд ли это входило в планы изменников», — с мрачным удовлетворением думал царевич, останавливаясь у дверей и нетерпеливо стуча.

Один из отцовских слуг с поклоном пропустил юношу в покои. Ренэф прошёл в кабинет, удостоив коротким взглядом лишь Восьмерых Стражей. Ануират были неким вечным атрибутом Владыки, вроде Двойного Венца или Жезла и Плети Ваэссира. Царевич привык к этим безликим фигурам в золотистых доспехах с детства и только сейчас стал задумываться о том, что и ему однажды придётся выбрать себе Стражей. Разум услужливо подкинул легенду об этих существах, которые служили трону со времён первого Эмхет и были уже не вполне рэмеи.

"Ваэссир, первый из Эмхет, божественный Владыка Таур-Дуат, спустился на землю, чтобы навсегда остаться среди тех, кого он любил и защищал. Для того пришлось ему прервать своё существование, дарованное Амном народу нэферу, и претерпеть Великое Преображение, ибо Закон не позволял могучим обитателям иных планов бытия вторгаться на план земной, дабы не внести разрушения в Ткань Мироздания.

Сама земля Таур-Дуат пела в золотом сиянии Ладьи Амна, когда Владыка Ваэссир Эмхет сошёл на неё, чтобы мудро и справедливо править возлюбленным своим народом рэмеи. Но после Великого Преображения Ваэссир стал более уязвим для своих врагов, коих было, увы, немало.

Тогда отец его, Ануи, Владыка и Защитник Мёртвых, призвал самых верных своих жрецов и говорил с ними о таинствах перерождения.