Берег Живых I - Наследники Императора

А уж первое являлось задачей не из простых. Кроме того, царевич верил, что Император сумеет распознать врага, под какой бы тот ни прятался личиной, ведь его сердце обладало соколиным взором предка Ваэссира.

Сумерки над некрополем сгущались, тени становились плотнее, подвижнее. Западный берег Великой Реки Апет оживал мистическим перешёптыванием духов среди древних камней и заунывными песнями священных шакалов, поколения которых охраняли эти места с тех самых пор, когда некрополь только возник здесь.

В сопровождении Перкау Хэфер пришёл к маленькой довольно сносно сохранившейся мастабе, чтобы воскурить благовония в память о своём друге. Именно здесь бальзамировщики похоронили... или, скорее, спрятали мумию объявленного предателем верного стража, предварительно испросив на то дозволения духов. Сенахт обрёл последнее пристанище среди благородных мертвецов давно ушедшей эпохи, таких древних, что имена некоторых даже не сохранились до нынешнего времени.

Священные шакалы охраняли его покой.

Хэфер прошептал имя друга, завершая подобающую случаю молитву. «Я восстановлю справедливость, — в очередной раз пообещал царевич мысленно. — Те, кто заслуживает наказания, понесут его. Твоё же имя будет высечено на каменной стеле рядом с моим, со словами о твоём подвиге...»

— Позволь рассказать тебе кое-что, господин, — нарушил молчание Перкау.

Наследник кивнул, не сводя взгляда с мастабы.

Он был рад, что не успел увидеть истерзанное тело, потому что хотел помнить Сенахта живым, полным сил — помнить, как тот радовался удачной охоте, как грубовато шутил с друзьями, как забавно смущался вниманию столичных красавиц.

— Тот, кто предал тебя... он не смог дойти до конца.

— Что ты имеешь в виду, мудрый? — переспросил Хэфер, оборачиваясь к жрецу.

— Он не нашёл в себе сил осквернить мумию.

И он помог мне закончить портрет для погребальной маски.

— Ты полагаешь, это облегчает его вину? — нахмурился наследник. — Он не остановился, когда захотел скинуть меня с колесницы и пробить мне бок копьём со спины, а потом направить на меня коней. Он не остановился, когда напали ша, — оба предателя сбежали.

— По крайней мере, эти останки он не тронул.