Опаленные души. Часть первая: Черная Ведьма.

Клят…ва прояв…ление во…ли, – кратко пояснила кукла.

– Магия… управление ядром силой воли, – машинально повторила девочка – Клятва, проявление воли… когда маг что-то обещает… он…заставляет себя умереть при нарушении обещания? – прошептала Рената.

Кукла кивнула.

– Н-но… Элеонора часто обещает что-то сделать, но не делает. И Джордж… они же от этого не умерли, – лихорадочно сказала девочка, хватая куклу за руку – не умерли же!

Кукла снова кивнула и достала другую книгу.

– Клят…ва. Уме…ние. Как управ…лять ог…нем.

Как ко…вать, – сказала марионетка, протягивая книгу.

– То есть, этому нужно учиться? И если младшие не захотят клясться, никто не сможет их заставить? – радостно спросила девочка.

От облегчения Рената ощутила, что сейчас заплачет. Но кукла покачала головой и снова пихнула девочке книгу. Та, видя серьезность в кукольных глазах, постепенно перестала улыбаться и перевела взгляд вниз.

Это была книжка с женщиной, держащей в руке бумагу.

– Дого…вор. Усиле…ние клят…вы, – сказала кукла – Тот, кто уме…ет дела…ет усло…вие.

Обы…чно, на бума…ге. Под…пись, значит приня…тие усло…вий. Даже ес…ли не уме…ешь, – вынесла марионетка безжизненный приговор.

***

Фрэнк Чендлер устало спал в своей кровати. В последнее время, у мужчины выдались крайне непростые месяцы, за которые он слишком часто испытывал вспышки гнева… на самом деле, Фрэнк не любил злиться. Даже если Аделаида полюбила именно злую его версию… мужчина совершенно не помнил, что же он творил в гневе и не любил запугивать и ранить людей.

А еще больше он не любил это ощущение тотальной и абсолютной усталости после гневных вспышек. Психолог мужчины утверждал, что Фрэнк страдает от странной формы шизоидного расстройства и призывал пить лекарства… к сожалению, они совершенно не помогали.

Один раз Фрэнк рассердился на этого психолога, и все его лекарства мужчине не помогли…

К сожалению, в его деревне иногда рождались дети с подобными проблемами. Благо младших Чендлеров это нарушение обошло стороной.

И вот теперь, после пяти вспышек гнева, практически подряд (Рената удивилась бы, узнав, насколько часто папа злился в последнее время), Фрэнк начал ощущать, что уверенно сдает. Его грудь странно пекло, а усталость достигла своего апогея. Поэтому Фрэнк мысленно смирился с тем, что не сможет сегодня пойти на работу, чтобы умолять начальника взять его обратно (вчерашний день мужчина не помнил) и просто недвижимо лежал в своей кровати, плывя в мареве усталости.