Опаленные души. Часть первая: Черная Ведьма.

Ее глаза смотрели в потолок, который был смутно знакомым и незнакомым одновременно. Изабелла знала, что это потолок детской комнаты. Рената знала, что… что может делать жуткие, кошмарные вещи с другими людьми. И что ни одна живая душа не должна об этом знать.

Никто не должен выяснить, как Изабелла создала своих кукол. Это открывало слишком много жутких возможностей даже тем, кто не был чистым.

Рената устало выдохнула и медленно села на кровати. Ее тело было тяжелым как камень, а голова гудела после всего пережитого.

Девочка устало подняла глаза и взглянула на безжизненную куклу, стоящую около ее кровати.

Все, что осталось от Лотти, к тому моменту, как Изабелла закончила. Она ковала живое тело, выделяя нужные ей свойства. Делая его сильнее, устойчивее… невосприимчивым к заразе, поразившей девушку. Но кование, это не исцеление. Артефакторы работали с материалами и свойствами, а целители с живой плотью. Насколько бы чистой не была Изабелла… она была артефактором. Артефакторы работали с вещами, а целители с людьми.

Такова была их природа.

Все, что могла Изабелла, это превратить Лотти в артефакт. И запереть внутри него ее душу.

Женщина не знала последствий своих действий и девочка была уверена, что Изабелла поклялась не повторять ЭТО ни с одним живым существом. Но в итоге… она повторила. Со всеми слугами своего дома. Почему?

Когда же Изабелла Блэкфайер начала сходить с ума?

И как быстро Рената повторит ее судьбу?

– Где мои брат и сестра? – мрачно спросила девочка.

Лотти поклонилась и указала на дверь.

Рената окинула ее долгим взглядом… Изабелла не знала, насколько созданный ей артефакт был живым. Кукла ничего не помнила о своем прошлом и была одержима всего двумя вещами – защитой Изабеллы и ее ребенка. Более куклу ничего не волновало… она не улыбалась, не смеялась и практически не говорила. На самом деле… в самом начале кукла была гораздо безжизненней, чем сейчас. Возможно, с течением времени ядро Лотти…

Ох. Это были тяжелые, печальные мысли. Рената не хотела их думать.

Вместо этого девочка вобрала воздуха в свою грудь и решительно двинулась к выходу. Ее рука потянулась к ручке и… дверь резко распахнулась. Девочка вздрогнула и машинально сделала шаг назад, после чего подняла глаза.

На нее смотрело то, что осталось от Маркуса, преданного дворецкого рода Блэкфайер. Это был темноволосый мужчина средних лет, одетый в тщательно восстановленный сюртук дворецкого Его карие глаза были гораздо живее, чем у Лотти.