Леди рыцарь: Воля клинков

– Пробубнила Анна, а после обратилась к мальчику. – Это библия?

Он кивнул:"Да"

—Никогда не видела такой... В нашей у всевышнего нет имени, да и он олицетворяет не свет, а мир. Зачем она тебе?

Мальчик виновато опустил свой взгляд куда-то на пол, а после посмотрел на Анну таким жалостливым взглядом, что аж сердце сжалось. Казалось он сейчас заплачет, его ладонь правой руки прикоснулась к сердцу, а затем он сказал таким убитым, таким печальным, но нежным голоском всего одно слово:"Сестрёнка". У него затряслись губы, а после он резко развернулся и пошагал к кровати, упал на колени, положил на неё голову и тихонько заплакал, свесив рукава кафтана.

Анна смотрела на него и думала:

—Ещё совсем недавно я была в похожей ситуации... Я сидела в кресле и плакала, а Арно обнял меня, пообещав всегда быть рядом. Эти слова мне очень сильно помогли и я тоже хочу ему чем-то помочь, но не могу пообещать что-то на столько существенное. Что же мне делать? Уйти? Нет! Папа никогда не отступал! Но что мне... – Даже не проговаривая в мыслях до конца, она уже знала, что будет делать.

Анна сделала глубокий вдох, задержала дыхание, медленно подошла к этому мальчику, села рядом с его головой на кровать, и, сдерживая стыд как может, взяла его за плечи и уткнулась его лицо себе в грудь, положила свою голову на его и лишь после этого тихонько выдохнула, закрыв глаза.

—Его волосы пахнут пеплом... А ещё лесом... А ещё чем то таким, домашним и очень уютным... Миром... Некогда мирным и беззаботным миром в его сердце... Его руки у меня на коленях.

.. Они такие холодные и твёрдые, как камень... Похоже ему не привыкать к труду, но что это за чувство? Тук-тук, тук-тук... Это его сердцебиение? Оно так быстро бьётся... Ему страшно? Когда мне бывает страшно, мама гладит меня по голове. Может и ему станет легче?

Анна стала медленно гладить его по голове, от макушки до шеи.

—Он плачет? Ему больно? Когда мне больно, папа говорит, что "... ну, теперь то всё будет хорошо!" – Анна нежно нашептала ему над ухом:"Всё будет хорошо.

..".

Мальчик заплакал ещё сильнее, но всё также молчал и не издавал звуков.

—Значит, ему грустно, да? Когда мне грустно, Арно...

Набравшись решимости, Анна сказала – Я понимаю, что тебе больно, но как бы часто ты не падал, прошу, найди в себе силы подняться ради тех кто тебе дорог...

Так они просидели несколько минут, пока...

—Зу́льфио... – Сказал мальчик, сдерживая дрожащий голос, но из-за этого он прозвучал так, будто оправдывался перед ней.

—Красивое имя...