Смутьяны. Том I

Игорь сжал его сухую сморщенную ладонь, пытаясь сдержать слезы. Вскоре тяжелый хрип прекратился. Спокойный взгляд старого воина замер вместе с последним вздохом. Игорь закрыл ему глаза и поднялся.

— Пойдем.

Федька не сразу послушал его. Немного погодя он побрел за Игорем к остальным. Ефим сидел все там же. Его брат молча уселся рядом. Вдруг они услышали хлопок. За ним второй. Кто-то медленно хлопал в ладоши. Через обломки баррикад перебирался Ворон в компании двух чародеев. На его черном кафтане не было ни пылинки.

Игорь, Ефим, Федька и Элин встали спиной к спине.

— Впечатляет! Правда! Вы всемером против всех моих людей, и вот он я, в меньшинстве. О, я смотрю, вас стало немного меньше. Жаль. Ладно, шучу, мне вас не жаль. Я ведь предлагал уйти с дороги, надо было слушать. Знаешь, Игорь, все это мне очень напоминает начало всей нашей истории! Ты, прижатый к стенке, вокруг тела твоих друзей, и снова во всем виновата твоя твердолобость!

Самодовольное лицо Ворона резко изменилось, когда он увидел руины за спинами отряда.

На его лице друг за другом сменялось удивление, осознание и, наконец, гнев.

— Что? Что вы натворили?!

— Ты проиграл.

— Именно за это я ненавижу людей! Вы только и можете крушить и вмешиваться. Что сейчас, что столетия назад! Как думаешь, кто сломал эту систему? Кто обрек мир медленно умирать? Вы! Видите ли, у людей было свое видение идеального мира. А когда ничего не получилось, вместо покаяния люди просто забыли обо всем, бросили другие народы умирать. Теперь приходит время исправлять ошибки, но объявляется стая озлобленных собак вроде вас и снова вмешивается, едва ли понимая, во что.

Да, улыбайся, Игорь, злорадствуй. Сейчас ты можешь. Думаешь, остановил нас? Только замедлил. Мы найдем другой выход. А ты уже не увидишь нового миропорядка, в котором место будет только для тех, кто покается за грехи своего народа.

— Посмотри на своих солдат и подумай о том, какое место готовят людям твои хозяева. Ты так красиво говоришь про искупление, но не видишь, что они используют тебя.

Альвы у тебя за спиной слушаются тебя, потому что это часть плана. И я почти уверен, их цель — банальная месть. Они заклеймят тебя ровно так же, когда ты станешь бесполезен. Можешь пока тешить свое самолюбие и верить, что ты особенный, что ты спаситель. Но когда ты превратишься в безвольный скот, они будут смотреть, как мы вцепимся друг другу в глотки, голодая и замерзая, и смеяться. Да, остроухий, я вижу, с каким презрением ты смотришь на меня.