Смутьяны. Том II

Ефим глядел вслед уезжающим саням, не зная о чем и думать. Три года назад он был по ту сторону, отправляясь в простой патруль, а теперь они поменялись местами. Игорь был мрачен, даже больше, чем обычно.

Через два дня, проснувшись, Ефим обнаружил в дверях своей комнаты Вияну. Она была одета по-уличному. Недолго думая, следопыт накинул зипун. Хозяйка Башни терпеливо выждала, пока он оденется, и направилась к одному из боковых выходов из дворца. Ефиму пришлось притормаживать, чтобы не обогнать семенящую впереди крохотную женщину.

– Куда мы идем?

– В лес, – Вияна обернулась, почувствовав красноречивый взгляд в затылок. – Я собираюсь вылечить твой недуг.

– Какой недуг? Как?

Чудь не стала отвечать. Перед выходом она звонко щелкнула своими фарфоровыми пальцами, дверь плавно открылась. Было прохладно. Солнце висело в белой пелене бледно-желтым диском. Вияна шла вперед, невесомая белоснежная чудь почти растворилась на фоне снега. Она мягко ступала по сугробам, не оставляя даже отпечатков.

Спустя несколько минут Ефим обнаружил, что под ногами перестал хрустеть свежий снег и застучал камень.

Они вышли на огромную каменную плиту – почти идеальный круг из полированного камня шагов двадцати в диаметре, припорошенный снегом. Вокруг поднимался купол из скрюченных деревьев тянущих свои голые черные ветви к небу. Вияна остановилась на краю, предлагая Ефиму пройти в центр.

– Здесь я медитирую, – сказала чудь. – Тебе придется тоже.

Облако пара выдало беспокойство Ефима. Сердце следопыта заколотилось сильнее.

Эта поляна была слишком похожа на тот остров. На тот день.

Мгновение нерешительности. Первый шаг. Второй. Ефим боролся с нарастающей тревогой, пока приближался к центру круга. Глухой удар дерева по камню заставил диск слегка завибрировать… завибрировать тоннами сплошной горной породы от чудовищного взрыва, разметавшего человеческие фигуры во все стороны. Аким был ближе всего. Он лежал раненный на земле, задыхаясь. Бердыш скользил в мокрых от пота и крови руках. Запах взорвавшегося пороха забил ноздри.

Запах разрушения и смерти. Этот запах почему-то смешивался с резким ароматом трав…

– Ну вот, ты пришел в себя, – сказала Вияна, пряча в складках одежды какой-то мешочек.

Ефим обнаружил себя на снегу среди извилистых корней, недалеко от того самого круга. Сердце отбивало безумный ритм, следопыт попытался дышать спокойнее, чтобы унять канонаду в груди.

– Что ты видишь во время этих припадков? – спросила Вияна, когда Ефим отдышался.