Песня для тумана

– Будь ты проклят! – старик в отчаянье царапает стенки саркофага, но только ломает ногти. – Отродье тьмы! Потомок червей!

Ульв только пожимает плечами. 

– Я знаю одну девушку, которая сегодняшнюю ночь решила провести в постели потомка червей, а гордую, пусть и сильно разбавленную, кровь сидов оставить в темноте и одиночестве. Да, не беспокойся, в одиночестве. Стенки крепкие, моим «предкам» не добраться до тебя. И через сотню лет будешь выглядеть… как сейчас. Почти. Разве ты не этого хотел?

Плита с глухим стуком встаёт на предназначенное для неё место.

Старик бьётся внутри, кричит, расточая и без того скудный запас воздуха:

– Будь ты проклят! Будь проклят, слышишь?! Когда-нибудь ты полюбишь сам. Найдётся кто-то, кто найдёт отклик и в твоей чёрной душе! Пусть пройдёт хоть тысяча лет, ты полюбишь и умрёшь от её руки!

– Я не так легковерен, старик, – смех молодого барда серебряными монетками рассыпался по пещере, – чтобы позволить какой-то девице одурачить себя. Если я и умру, то от удара сырого железа в открытом бою, равный против равного.

Внутри каменного гроба раздался не то взвизг, не то всхлип.

– Ничто, кроме моего проклятия, тебя не убьёт.

Ульв вздрогнул и отшатнулся, схватившись за грудь. Глупец! Как он не догадался связать старика? А теперь этот друид, один из самых старых и опытных из ныне живущих, прокусил себе руку и кровью чертит руны поверх выбитых в камне. И в его голосе звучит пусть и предсмертное, но всё же торжество:

– А если будешь любим в ответ – то ты убьёшь её. Понял? Ты её или она тебя.

И тот, кто останется, сделается бессмертным. Навсегда. Будет помнить. Вечно. Вечно. Вечно…

С последним словом из старика ушла жизнь. Всю её, до капли, он вложил в мощнейшее проклятье, которое когда-либо создавал. А Великий Бард стоял, задумчиво вертел в руках ореховый прутик. С досадой и раздражением отбросил его в сторону. 

– Ну убью, так убью. Одна женщина стоит другой. А бессмертие – не самая худшая штука.

Но несмотря на то, что юная красавица весьма живо и самозабвенно благодарила его за заступничество той ночью, спал Великий Бард плохо.

А утром не то по рассеянности, не то от досады, вместо обычной принёс Кенн Круаху двойную человеческую жертву.

Глава 5. Свидание с королевой

В Круахане Аэд пожелал разговаривать с Эриком наедине. И Пёрышко не противилась: вопреки ожиданиям мир людей оказался совсем не страшным. Ирландцы взирали на жительницу волшебной страны с почтительным восхищением. Ирландки… с плохо скрытой завистью.