Королева Лисиц

— Не знаю, но точно вижу что вдвое больше!

— Скорее к лесу, они не должны отсечь нас от лошадей!

Отступление к лесу могло бы превратиться в беспорядочное бегство, но тут помогло хладнокровие дружинников, не потерявших головы. Чтобы двигаться скорее, пришлось бросить почти все щиты и пики. Заряжать пистоли на бегу было довольно неудобно. Строй северян сломался, но враги были ещё далеко, и это пока не имело значения. Путаясь в ножнах мечей и полах своих кафтанов, северяне во все ноги мчались через поле, к опушке леса.

С обоих флангов к ним приближались отряды врага.

Воины, охранявшие лошадей, уже всё давно поняли, подготовились, затянули все подпруги. Умирая от усталости, князь взобрался на своего коня. К нему подъехал Беобар.

— Куда отправимся, княже?

— Помнишь те белые камни, которые мы видели?

— Само собой!

— Тогда скажи всем, если отстанут, чтобы собирались там! – князь обернулся и увидел, что толпа врагов, сломав свой строй уже бежит через лес прямо к нему. Вот какой-то болван повис на стремени дружинника, заскочившего в седло последним.

Князь выпалил в него из своей пистоли. Крестьянин тотчас раздумал хвататься за всадника, упал и скорчился в траве.

В этот момент будто что-то разорвалось в голове Данн Руальда – метко брошенный камень отскочил от его шлема. Он почувствовал кровь на лице, понял что медлить нельзя, и пригнувшись к конской шее принялся шпорить лошадь…

В сумерках, получившая назидательный урок, но воскресшая духом северянская дружина, собралась вместе на каменистых осыпях Кромм Краобад.

Глава 20

Тадмайр. Баннхойг.

Двадцать третий день лета 785 года.

В Баннхойге праздновали победу. По всей деревне носили расписные северянские щиты с изображенной на них характерной геральдической решеткой. Некоторые из трофеев радостно сожгли в большом костре, а некоторые прибили в домах, на память.

Вечером объявили сбор Военного совета. Должны были прийти все, кроме Леймтара Крубайга, который был ранен в бою, пытаясь со своим отрядом удержать северян в западне.

Пулю и пыж смогли вытащить, но сам он впал в лихорадку и беспамятство, как всегда бывает в таких случаях.

Пока все собирались Готхай, Мэрон и Фидгайл стояли поодаль и шептались.

— Чтож, Мэрон, я слышал, твоя хитрость с болотом удалась неожиданно хорошо. Двое северян угодили в трясину, на полном скаку. Потонули вместе с конями, — Фидгайл подмигнул ей.

— И чёрт с ними, стало быть. Поблагодари лучше Готхая, без рыжих сапог мертвеца ничего не вышло бы, — ответила Мэрон.