Пари на любовь 2 Вернись ко мне

— Вы то уж точно не овечка — ухмыльнулся Борода. — Вы уже были в лодке, я вижу это по Вашему взгляду, Вы знаете, что в конце концов наступает момент, когда лишь чужая смерть может подарить жизнь

— А может появиться корабль или берег. Всегда есть надежда.

— Но, когда ее не останется, вы все захотите, чтобы кто-то сделал всю грязную работу за вас. Что ж, я подожду, когда из овец вы превратитесь в голодных собак.

Через еще один мучительный день, в лодке разыгралась ссора. Катарина проснулась от того, что чей-то локоть больно ткнул ее в спину.

Трое мужчин бранились и отвешивали друг другу пинки, лодка опасно раскачивалась. Бородач смотрел на это с затаенной улыбкой, что сразу насторожило Катарину, наконец, у одного из моряков в руке блеснул нож, а его противник вскрикнул от боли, на его плече женщина увидела большую рваную рану.

— Перестаньте, придите в себя, — попытался достучаться до спорящих Эдгар, — это же он намеренно стравил вас!

Но тот, кого ранили, со звериной яростью набросился на обидчика, он стал душить его, пока тот не пырнул его ножом в бок.

Взревев, словно раненный бык, он стал остервенело наносить удары кулаками в лицо напавшему, раздался противный хруст и булькающий всхлип.

Катарина закрыла глаза и зажала уши, видеть, как превращается в кровавое месиво чужое лицо, было выше ее сил. От запаха крови стало дурно. Мануил прижал ее к себе, и стал шептать на ухо:

Пускай бушуют невзгоды,

И шторма сминает рука,

Мой парус просохнет и снова,

К тебе устремиться ладья.

Мадонна с пленительным взглядом,

Чей локон так нежен и рыж,

С тобою всегда буду рядом,

И пусть ты в ответ промолчишь,

Но выбрал себе я святыню,

И сердце навек подарил,

Тебя возношу, как Богиню,

Твой взгляд мою жизнь озарил.

Катарина слегка отвлеклась от происходящего, вслушиваясь в пылкие юношеские стихи.

— Все будет хорошо, мы обязательно выберемся от сюда, только не смотрите, — зашептал Мано, стараясь убедить в этом и себя тоже. — сам он не мог отвести взгляд от того, как Борода наполняет свою пустую флягу еще теплой человеческой кровью погибшего мужчины, после чего отхлебывает из нее.

Один из моряков, стыдливо прикрыв глаза, тоже наполнил флягу, правда пить пока не стал.

— Вы не собаки, вы хуже! — прохрипел раненный ножом моряк. — Стервятники. Ничего, в Аду для вас заготовят отдельное местечко.

— С чего бы? Убийца ты. Я всего лишь пользуюсь случаем. — усмехнулся Борода.

— Это ты! Ты стравил нас. Дождался, когда это чертово море станет сводить нас сума.