Пари на любовь 2 Вернись ко мне

Зов Тростниковой Ведьмы не отпускал Алессандро ни на секунду, пират уже даже заметно расчесал руку на запястье. Мужчине не хотелось думать, что он предает девушку, он надеялся, что Суран не сделает с ней ничего плохого. Но выбора у него не было, после Анегады им всем предстояло отправиться к ведьме, а желание Катарины продолжить плавание на дарушамском корабле играло ему на руку.

Вечером, Катарина согласилась взять один из нарядов Буланы, ее платье уже было не свежим, и носить его стало неприятно, женщина выбрала самый закрытый наряд, но все равно чувствовала себя слишком обнаженной в струящихся полупрозрачных шелках.

Их компания, как обычно, собралась за ужином в просторной каюте Буланы, рассевшись на подушках.

— Знаете, в Дарушамси, каждая женщина, будь то принцесса, или наложница, считает своим долгом уметь танцевать так, чтобы ее взгляд завораживал и пленил желаемого мужчину. — начала Булана. — У Вас сегодня подходящий наряд, Катарина, давайте я Вас научу.

Катарина чуть не подавилась легким вином, которое отпивала в этот момент.

— Меня? Это совсем ни к чему!

— Не стесняйтесь, здесь же нет посторонних. Поверьте, такой танец воспламеняет страсть даже между супругами.

— У нас нет необходимости ничего воспламенять.

— Вы напрасно отказываетесь, я сейчас станцую и, думаю, Вас это убедит попробовать самой. Капитан Морелло, Вы сможете задать ритм на дарбуке[1]?

— Да, но Вы уверены, что этот танец подходит для нашей компании?

— Ну конечно!

Было ясно, что Булана затеяла все это с одной целью, отточить свое мастерство на Мануиле, потому, она резво подскочила с подушки, достала пояс, расшитый монетками, надела на руки множество звенящих браслетов и встала по середине каюты, ожидая, когда Алессандро задаст ритм.

Пират поудобнее устроился и стал стучать ладонями по небольшому барабану. Девушка тут же подхватила такт, вторя ему ритмичными покачиваниями бедер, на которых приятно зазвенели монетки. Танец юной красавицы и вправду был удивительным, движения завораживали своей плавностью, руки порхали как бабочки, бедра соблазнительно раскачивались, а плечи дразнили, но более всего притягивали к себе ее необычные глаза — пронзительно голубые, в обрамлении заиндевевших ресниц. Булана не стесняясь подкрашивала лицо, добавляя щекам румянца, рисуя изящные брови и стрелки на веках, но свои ресницы девушка не трогала, признавая их уникальность, чувствуя, что словно покрытые инеем, они удивляют и чаруют.