Настоящее кунг-фу

Он твёрдо решил вернуться в Хэнань и попросить прощения у отца. Может, старик примет его обратно?..На безлюдной окольной дороге ему повстречались разбойники. Было их трое, злобных, грязных, с дубинками в руках. В Китае тогда шла междоусобная война, и в глухих местах попадались разные люди, хорошие и не очень.— Постой, парень! — сказал их вожак, самый здоровый и грозный, ростом на голову выше Гуя. — Есть ли у тебя деньги?— У меня нет денег, — спокойно отвечал Гуй.— А другая одежда? Или вещи? Украшения?— У меня ничего нет.

Но вы можете забрать эти лохмотья, если желаете.Разозлившись, вожак решил его избить. Он ударил Гуя, тот заслонил лицо рукой, и дубинка разлетелась в щепки о его локоть.Со всех сторон на него бросились грабители. Его били, но юноша просто махал руками, с лёгкостью отбиваясь от ударов и не чувствуя боли; спустя несколько минут разбойники со стонами расползались по кустам, у них были сломаны запястья, пальцы, ноги.Хмыкнув, Гуй посмотрел на собственные руки совершенно другими глазами. Крепкие и толстые, как древесный ствол, они оказались настоящим оружием. Мысленно Гуй извинился перед мастером Хе Хе.***Спустя какое-то время он возвратился в провинцию Хэнань. За прошедшие пару лет отец отстроил поместье, приумножил своё богатство и власть. Никем не узнаваемый, Гуй прошёл к дому; у входа его остановил слуга.— Ты куда собрался, бродяга?Гуй понял, что его не узнали, и радостно рассмеялся.— Привет, Вэнчонг! Это же я, Гуй! Скажи отцу, что его сын вернулся!Слуга убежал, крича "сын хозяина вернулся!" А когда появился плачущий от радости господин Сюй, юноша обнял его и прошептал на ухо:— Отец, я исполнил данный мною обет. Я научился кунг-фу. Отныне я достоин твоего уважения.— Я знал, что у тебя всё получится, сынок, — сказал отец, утирая слёзы.В честь возвращения наследника господин Сюй решил устроить новый пир, ещё богаче, чем предыдущий. Из соседних земель приехало множество гостей, в том числе прощённый за обман мастер Фан Тонг. Перед праздником Гуй умылся, выкинул оставшиеся после странствий грязные и вонючие лохмотья. Посмотрел на себя в зеркало. Вместо толстого сутулого тюфяка с рыбьим взглядом на него глядел статный мужчина, весь обросший, с усами и густой бородой. Жирное пузо исчезло, на его месте красовался плоский и твёрдый, как речной камень, живот. Плечи раздались в стороны, покрылись буграми мышц, а ладони затвердели, словно два наждака. Даже глаза потемнели.