Кровавый цвет вина

В четыре руки мы переменили постель, протерли пол и подоконник. Теперь комната выглядела совершенно обычно, так же, как и во все предыдущие дни. Я умылась и облачилась в домашнее платье. В зеркале отражалось то же лицо, что вчера и позавчера. Вопреки россказням романистов я не стала красивее, не “сияла изнутри”. Потеря невинности не принесла мне ничего, кроме, пожалуй, новых впечатлений. Я вообще не чувствовала, что что-то потеряла.

Габри кружила по комнате, пытаясь разглядеть не забыли ли мы еще чего-нибудь.

Разделив с ней бремя тайны, мне стало легче, а вот ей наоборот. Не выдержав напряжения, Габри закрыла лицо руками.

- Ах, фройляйн! Это же сколько мне теперь врать придется!

- Зачем врать? Просто не говори никому.

- В Святом Писании сказано, что сокрытие правды равно, что и ложь – смертный грех! А грешникам полагается после смерти вечность мучиться во тьме ада!

Я подошла к ней совсем близко и внимательно посмотрела в глаза – небесно-голубые и круглые, словно у маленького щенка или котенка.

Нет, она не выдаст. Но будет мучиться. Что я наделала…

- Ну уж нет, Габри! Ты все неправильно рассуждаешь.

- Как же неправильно, если в Писании так сказано?..

- Значит неправильно там сказано! - резко выпалила я, - Это мой грех! Мой и его. А ты не при чем. Запомнила? Не при чем!

Я зачем-то притянула ее к себе и крепко обняла. От этого нам обеим стало чуточку легче.

** *

Прошло несколько совершенно скучных дней, похожих друг на друга, словно близнецы.

Габри совсем успокоилась, а вот меня стала гложить тоска. Ни записки, ни весточки. В душу забрался маленький ехидный демон. Стоило мне в очередной раз дернуть за рукав садовника с вопросом нет ли новостей, этот мерзкий чертенок начинал хихикать.

“Глупая ты, Майя! Глупая, да еще и жалкая. Твой принц получил от тебя все, чего хотел, так на кой черт ты ему теперь нужна?”

Ух, как мне хотелось схватить эту дрянь и растоптать, раздавить словно клопа! Но мерзавец не имел ни тела, ни формы.

В ином случае я поехала бы в церковь, но после своего падения, я бы на это не решилась. Святые отцы твердили, что нет такого греха, которого бы Солнце не простило человеку, но я сама не могла себя простить. Или не хотела. Если уж ты сорвался в пропасть, нет смысла кричать и звать на помощь, куда приятнее раскинуть руки в стороны и представить, что летишь.