Курские подземелья

А в бывшем княжеском флигеле расположился «хоспис» для тяжелобольных и обездоленных курян. В котором я также регулярно служил молебны о здравии и выздоровлении (очень редко литии об усопших), или причащал хворых пациентов.

При наплыве большого количества обездоленных в Божий дом, в дело оказания помощи курянам вступали и находившиеся по-соседству дворы Ильи Брагина и Федора Мошнина. Хозяева этих подворий также предоставляли кров недужным, пищу голодным и посильную помощь нуждающимся. Таким образом, «Божьим домом» у курян назывался не только амбар с братской могилой-скудельницей, а обширная территория из четырех дворов за северной стеной городской крепости: от Большой Московской дороги, до обрыва над берегом Тускари.

Своеобразный «монастырь в миру». Поскольку другой монашеской обители в Курске не было.

Озаботившись однажды состоянием иноческого служения в Курском уезде, я получил от князя Прозоровского сведения, что в пределахкурского наместничества находится лишь один монастырь – Лпиновская Троицкая мужская пустынь под окормлением старца Истомы, находящаяся в 15 верстах западнее Курска.

И два мужских скита: один - в Усожском пещерном монастыре, другойна месте явления курской Иконы Божией Матери «Знамение».

В отсутствии духовных наставников, проживая при значительном отдалении от храмов и монастырей, я все больше втягивался в процесс пастырского наставничества и окормления жителей города Курска. Чему был совсем не рад в силу грешного состояния своей души и малого количества духовного опыта и знаний.

Во избежание излишних встреч с курянами, я старался проводить как можно большее количество времени в пещерном храме. Все чаще встречая неодобрительные взгляды курского наместника, не особо горящего желанием сделать проходным двором секретные подземные галереи малого курского острога.

[i] Выдержка из Троицкого канона об усопших.

Глава 4. Пещерное кладбище

Наступил канун Пасхи 1560 года[i].

В «чистый четверг» я спустился в пещерную церковь для приведения ее в надлежащий вид перед грядущим Светлым Праздником Воскресения Христова. И через несколько часов плодотворного труда мне удалось более-менее сносно прибраться в сумрачном помещении Благовещенско-Ильинского храма.

Украсив убранную пещеру вышитыми рушниками, пожертвованными инокой Евфимией, я с удовлетворением отметил положительные перемены во внешности намоленного помещения.