Восход заплутавшего солнца

Рукотворные же… лучшим камнем облицованы их стены, изукрашены золотом и истинной лазурью.

— Увидь, Сияющий, что за камни преподнесли мы тебе, сколько золота, серебра и дорогих тканей вложили в свой труд!

Бог не пришел, не ответил. Породивший алмазы и сапфиры обрадуется ли тому, что творение лишилось естества, пусть и засияло множеством граней? Создавший парящих в небесах птиц, обратится ли он к недвижимым золотым ангелам? И что пурпур для того, кто ежевечерне заворачивает солнце в ткань заката?

Такой мощи Бодуэн никогда ранее не ощущал от Храма.

Что–то неизмеримо сильное, как породившая его буря Гнева. Конечно, Храм не рукотворен. Руки не сотворят мощь. Стены и шпили, алтари и цветные стекла, но не ее, что подобно мастеру–канонику проникала в короля, ощупывая, осматривая, потроша… как огромный гуль с холодными пальцами! История, рассказываемая об Умаре сейчас не казалась ему фантазией, страшной сказкой, призванной умерить детскую пытливость мальчика, более всего стремившегося сбежать от врачевателей.

И теперь перед Храмом отчаявшийся король, монарх на распутье, что потерял ориентир, свою путеводную звезду. Оставленный караваном, затерявшийся среди пустынных холмов.

Так, появляющийся через множество лет старинный приятель, разбередив воспоминания, уводит из устоявшегося домашнего быта в трепетную пьянящую неизвестность, а затем вдруг пропадает на полушаге, на полуслове… а ты кричишь, кричишь в пустоту и не получаешь в ответ ни звука.

Как отец — живой, пусть и не вполне здоровый вчера, но раскинувший руки, вытянувшийся, непоправимо мертвый поутру. Сколько лет — и даже сейчас — Бодуэн не отпускал его. Задумавшись, замечтавшись, он забывался. "Спросить отца…" Помутнение спадало, оставляя боль и горечь. И, чтобы прогнать непрошеных гостей, он яростно сжимал ладонь. Шип кольца пронзал бесчувственную плоть.

Какое отчаяние направило его сюда? Зачем он здесь? Муравей, несущий каплю воды, чтобы затушить разгорающийся огонь.

Молчат. Молчат все его попутчики. Молчат, будто ожидают выхода на сцену главного актера. Так замолкал форум при появлении усыпанного золотой пудрой Нерона. Почтительно или из чувства страха. Так меркнут пугливые звезды перед восходом солнца.

Здесь, где неистовым родником исторгается мощь, найдет он ответы. Пробьётся сквозь кокон окружающей пустоты. Пустоты, что разделяет миры людей и богов, заглушающей мольбы и просьбы.