Восход заплутавшего солнца

Как и прежде, он был укутан в королевское одеяние с головой, а на лице снова оказалась ставшая опротивевшей за прошедшие два дня маска.

Бодуэн вглядывался в людей, поднимающихся к месту казни. Не встревоженные, не отмеченные тенью предстоящей трагедии. А ведь еще вчера они защищали храмовников, он ловил на себе их неодобрительные, а временами враждебные взгляды, слышал недоброе перешептывание. Почему же так тяжело подниматься ему, едва не погибшему от рук орденских рыцарей, потерявшему близких ему людей и почти расставшемуся с Раймондом? Да, в этом поединке король был охотником, а храмовники самоуверенным, но обреченным на проигрыш львом.

Отчего же он не испытывает к ним ненависти?

Бодуэн, поднимаясь, взращивал ее в себе.

Михаил. Первый из прокаженных рыцарей, кто присоединился к их с Раймондом затее и увлекший за собой Василия, брата, последнего своего родича. Проказа часто бывает немилосердна — так она лишила семью будущего. Храмовники довершили начатое ей и отняли их жизни. Братьев нашли рядом, они до последнего прикрывали друг друга.

Родрик, хмурый и малообщительный северянин. Он так и не научился складно говорить ни на латыни, ни на франкских наречиях, предпочитая призывать своих богов на родном языке. Как он славно ругался на нем! Боги, а уж тем более богини должны были краснеть, когда в бою он клял их за бездействие.

Генрих и Генрих. Сколь много общего было у этих двоих, хоть и пришли они в орден разными дорогами. Каменщик и кузнец. Первого подобрал Гораций, возвращавшийся из какой–то небольшой предпринятой им авантюры.

Несчастный брел по дороге и рыцарь предложил свою помощь. С той поры, когда его самого подобрали в пустыне, Гораций не проходил мимо страждущих. Второй пришел сам и Бодуэн оказался первым повстречавшимся.

— Я кузнец, — Генрих немного опешил, взглянув на серебряную маску–лицо. Но быстро овладел собой и, не дожидаясь уточняющих вопросов, распустил повязки, скрывавшие руки. Он оказался обучен грамоте и прекрасно рисовал. Оскаленный череп и кости, символ ордена, были его работой.

Пятеро. Таких разных, но таких незаменимых… Также пала почти дюжина рыцарей Тау. Защищавшие проходы и не вступавшие в открытый бой, они стали легкой добычей арбалетчиков. Изничтожение наемников Бодуэн воспринял как благо. Продаваться за деньги и не видеть в этом ничего дурного… так продаются женщины, что ведут свои дела в домах на окраине.

Король вздрогнул от неожиданной колющей боли — храмовое кольцо вновь прокололо ладонь.