Незабвенный

Кто-то горел на изнанке этих век, кто-то связал себя со Смертью узами, большими, чем все умения Эрота.

Танатоса следовало не соблазнять, а убить. Его печальная обманчивая юность – лишь оболочка древнего чудовища. Танатос – хтоническая тварь, страшное порождение Хаоса и титаниды Нюкты, зачатый в ночи, исторгнутый в стенаньях, живущий в бездне.

К несчастью, стрелы Эрота были бесполезны.

- Кто он? – усмехнулся Эрот, с трудом поборов слепую ярость. Именно ярость пролила ему свет на собственные чувства.

Так ненавидеть можно лишь то, что безответно желал. – Кто разбитый некогда сосуд? Который ты хранишь в железном сердце и смехотворно помнишь сквозь века? Циклоп могучий, смерти неподвластный? Сторукий громогласный великан? Ублюдочные выкидыши Геи, созданья страха, хаоса и тьмы? Иль вовсе у него звериный облик? И он, конечно, как и ты, крылат?..

- Ты, – сказал Танатос и встал, широкий разлет его крыльев взмыл вверх клубами пепла и тумана, - Ты лишь бледная Тень. Твоей матери еще не было на свете, твой отец еще сосал козу, когда он был основой мира.

Дитя Хаоса, как и я. Прекрасный, как наша сестра Эос. Беспредельный, как Океан. Свободный, как Зефир. Вечный, как Атлас. Яркий, как Гелиос. Крылатый, как Борей. Беспечальный, как Гипнос. Властный, как Кронос. О, как его боялись Олимпийцы! Что дряхлый, истощившийся Уран? Что всех своих детей пожравший Кронос?.. Никто, имевший жен, не устоял – он молча диктовал свои условья, и жизнь хлестала из мельчайших пор, и множились создания земные, и порождали жены сыновей, цари – своих убийц, земля – чудовищ, его уравновесить мог лишь я. О да – меня боятся Олимпийцы. Но я им нужен. Он же им мешал. Поэтому они его убили. Порвали на бессчетные куски, втоптали в землю и смешали с пылью, вогнали в материнскую утробу, чтоб им она навеки подавилась. Но без него не движутся светила. Бесплодны музы, вянет красота, худеют жены, затихают песни, нет больше вдохновения мужам, их не прельщает молодость и слава, забыта доблесть, все накрыла ржа, и мрачное насилие грядет в безрадостном и плоском вашем мире, где я несу в руке погасший факел, - Танатос выбросил руку, и дымный темный факел влетел в нее. – И жизни ваши жалкие гашу. И потому властители Олимпа из горсти праха создали Тебя. Из пены вод, что плоть Его омыла, создав твою прельстительную мать, из груды перемолотого мяса быков, что ели сорную траву, которую Его питали соки – из мяса, что съедает твой отец.