О чём молчат рубины

Подошёл и лично проверил, хорошо ли затянуты верёвки.

От главаря вкусно пахло жареным мясом и молодым вином. И борода и руки лоснились от жира. Видно, хорошо проводили время разбойнички, в ожидании очередного каравана!

Тем временем уже выкопали яму. Андреаса спихнули в неё и присыпали песком. Получилось как раз по пояс. Но, надёжно. Песок не позволит ногой шевельнуть, а узловатые верёвки – шевельнуть рукой. Напоследок главарь сшиб с бедняги феску, обнажив голову, и легко, одним движением, взлетел в седло.

- Ну, а вы чего встали? – грозно закричал он остальным, – Полторы цены за товары, и проваливайте! А кто будет против… Есть кто против?

Против никого не оказалось.

Обрадованные купцы сыпали золото горстями, стараясь побыстрее покинуть страшное место. Никто даже взгляда не кинул в сторону Андреаса. Через полчаса след каравана затерялся среди песков.

Только после этого тронулись в путь и разбойники. Убедившись, что никто за беднягой не вернётся. Весело смеясь и прикидывая размер поживы на каждого. А Андреас остался умирать.

Глупо надеяться на жизнь, когда смерть уже обняла тебя костлявой рукой за плечи.

Уже через четверть часа, от нестерпимого жара, у него всё спеклось во рту и потрескались губы. Ещё через четверть часа парень потерял сознание.

Очнулся он от ощущения холода. Так бывает в пустыне. Когда дневная невыносимая жара сменяется ночным холодом. Чтобы с восходом солнца опять смениться невыносимой жарой.

Андреас обнял себя дрожащими руками за плечи, пытаясь согреться, и далеко не сразу понял, что тут что-то не так.

Как это «обнял за плечи»? У него же руки связаны!!

И только опустив взгляд вниз всё понял. И засмеялся хриплым, дребезжащим смехом. На земле валялись обрывки верёвки, среди которых деловито шныряли десятки тушканчиков. Ну, всё же просто! У главаря были сальные руки! Он лично подёргал за верёвки. Верёвки тоже пропитались жиром. И вечно голодные тушканчики прибежали на манящий аромат. И не просто разгрызли верёвки, они погрызли их до состояния ветоши! Ну, разве не смешно? Из растрескавшихся губ сочилась кровь, пальцы почти не слушались, холод пробирал до костей, а парень мелко трясся от смеха.

Может, просто такая нервная реакция…

Кое-как юноша выбрался из ловушки и развязал тугие узлы на ногах. Благо, луна светила так ярко, что каждая песчинка была видна. Развязал верёвки и, пошатываясь, заковылял по следам ушедшего каравана. А что ещё оставалось?

Трудно сказать, сколько он брёл, то проваливаясь в беспамятство, то приходя в себя.