Любовь, комсомол и зима. Назад в СССР

Барабанщик был в ударе – отличное чувство ритма у парня! И танцующие выписывали простенькие «па», переминаясь с ноги на ногу, как заводные роботы, с одинаковыми, годами натренированными движениями. Наверное, здесь так танцевали и десять лет назад.

Заиграли медленную музыку для парного танца. Ну, думаю, слава Богу, сейчас этот великан уйдёт с Надей подальше от меня. Но Алексей склонился ко мне:

– Разреши, колибри?

Я, правда, пришла в замешательство: в танце до его плеч, может быть, я и дотянусь руками, но как же это нелепо и смешно будет выглядеть со стороны.

Танцевал он сносно. Нет, на ноги мне не наступал, не сбивался с ритма, но управлять такой малышкой, как я, ему было нелегко. Я не поднимала голову, в лицо не смотрела, а наблюдала за музыкантами, надеясь, что они вот-вот остановят музыку. Мы молчали. Куда и на кого смотрел он, не знаю. Да меня это и не интересовало. Надя танцевала со студентом Анатолием.

Мой нечаянный поклонник из парка не станцевал ни разу.

Он сидел на стуле, на этот раз под сценой, по самому её центру, и поэтому пару раз наши взгляды пересеклись, и в эти моменты парень смущался. На фоне великана-баскетболиста мой воздыхатель выглядел вполне подходящим мне по росту, если бы танцевать пригласил он, а не этот баскетболист, может быть, я даже и получила бы удовольствие от танца: всё-таки танцы были моей страстью. После танца мы вернулись в левый угол.

– А ты классно танцуешь, – сделал мне комплимент студент Анатолий, не подумав, что после совместного танца с Надей ему следовало бы сказать это ей, а не мне, – заранее приглашаю на следующий парный, а то уведёт кто-нибудь.

– Вы часто здесь? – великан Алексей сверлил меня своим взглядом.

– Лично я в первый раз, – оценивала я происходящее на сцене, неглядя на великана, – а может быть, и в последний.

– Почему? Не понравилось? По-моему, атмосфера вполне себе приятная. Или контингент не тот? – он пытался поймать мой ускользающий взгляд.

– Да не солидно как-то в моём возрасте толкаться среди малолетних девочек и мальчиков.

– Малолетних? – удивился Алексей. – Младше восемнадцати я здесь никого и не вижу. В основном наш возраст от восемнадцати до двадцати трёх – двадцати пяти лет. Скажи просто: уровень не тот, и я соглашусь. Музыкальной культуры не хватает. Скорее всего, здесь просто клуб для общения в выходные вечера.