Беглец отовсюду

Я получил сегодня удовлетворительные пояснения по поводу беспокоивших меня моментов… Скажу даже, что получил большое удовольствие от нашей беседы.

— Я счастлив, Сир. Поистине счастлив. Но рискну снова навлечь на себя ваше осуждение одним вопросом, если позволите…

Король, который вдруг почувствовал себя заметно навеселе, легкомысленно махнул пустым бокалом:

— Валяйте!

— Если это не государственная тайна, нижайше прошу вас рассказать мне, что произошло между вами и Первым королевским советником Доктором Хтонием одиннадцать лет назад? Почему он в одночасье стал «освобожденным советником» и больше не появлялся при дворе?

Лицо короля омрачилось, словно над головой монарха повисла черная туча.

Он поморщился и нехотя произнес:

— Это государственная тайна, но вам я позволю получить интересующие вас сведения. Обратитесь с этим к конту Абну. Я распоряжусь, и он введет вас в курс… А почему, собственно, вас заинтересовал Доктор? — Улаф метнул пронзительный взгляд в Дюка. Тот состроил сожалеющую мину:

— Господин Хтоний проявил себя как непримиримый противник проводимой королем и вашим покорным слугой реформации.

— Следовало ожидать… — вздохнул его величество. Он помолчал некоторое время. Потом провел рукой по глазам, словно стряхивая с них пелену, волевым усилием взбодрился и обратился к Дюку:

— Все вопросы задайте Абну. А вас, дорогой Адвард, я хотел бы попросить: нельзя ли сделать так, чтобы первая партия новых монет поступила непосредственно в мое распоряжение. Мне доставит удовольствие разменять несколько штук у моих гостей.

Морини понимающе улыбнулся:

— Непременно, ваше величество! А теперь позвольте мне откланяться. Надеюсь вы не сочтете меня неучтивым.

— Ничуть, — с облегчением сказал король, привстал и дернул за ленту ближайшего звонка.

Когда Толлер проводил Морини, Улаф некоторое время сидел в оцепенении. Затем нашел на письменном столе проект об устройстве закупок товаров в сельских провинциях и с удивлением обнаружил на нем подписи и печати конта Абна и свои собственные.

Бросил документ обратно — к другим бумагам. Постоял, невидяще глядя в сторону окна. А затем хищно схватил с низкого столика с закусками недопитую бутылку «Сладости Акраима», вылил остатки в бокал и залпом проглотил.

Не успел он отдышаться, как в гостиную вошел седой и мрачный конт Абн:

— Ваше величество, делегация из Фоксии просит вас о встрече.

— Пусть войдут!

— Они занимают одну из задних комнат, куда не заходит даже прислуга.