Республика. Сумерки

Константин отбросил саблю и схватив кастрюлю успел как раз вовремя. Струя огня ударила в дно, тут же раскалив метал до красна. Екатерина что-то надрывно крича пыталась оттащить потерявшего сознание Томского подальше от твари. Константин отбросил кастрюлю в арахнид и отскочив подобрал крупнокалиберное ружье судорожно ища глазами патроны. Исчадие технического гения двинулось в его сторону, ног тут же отвлеклось на выстрел профессора.

Обнаружив недалеко от ноги патрон, Константин дрожащими от адреналина руками вогнал его в патронник и обернулся к пауку.

Тварь ещё раз выплюнула струю огня и раскачиваясь двинулась в сторону Фёдорова. Константин сплюнул на землю кровавый сгусток, перехватил поудобнее ружье и двумя прыжками оказался позади твари. Ружьё упёрлось в спину, закрытую металлическими пластинами. Встретившись взглядом с профессором Константин усмехнулся и спустил курок.

Механическое чудовище задрожало мелкой дрожью, а в следующее мгновение для Константина наступила темнота.

Энск. Клим Щукин

Клим спавший чутким сном проснулся от невнятного бормотания.

Помимо него в этой маленькой квартирке жил и Евгений Яковлев. Суд всё-таки отобрал имение, и они со старым другом остались на улице лишь с небольшими сбережениями за душой. Эта квартира на задворках города было единственным жильём что они смогли себе позволить. Евгений конечно пытался связаться со старыми приятелями ещё со времён службы и подать апелляцию, но всё говорило о том, что имение вернуть не удастся. Евгений переживал эти неожиданно случившиеся неприятности с трудом, что было непохоже на старого вояку. Видно сказывался возраст.

Клим встал с кровати и зажёг керосиновую лампу. Взяв её в руки, он направился из комнаты на небольшую кухню откуда доносился звук. На кухне он обнаружил Евгения, сидевшего в полной темноте. Он смотрел остекленевшим взглядом на стену и тихо бормотал себе под нос, изредка срываясь на рычание. На столе рядом лежал револьвер.

— Они преследуют меня, — подняв полный боли взгляд на Клима сказал Евгений.

— Кто? — растерянно спросил Клим, невольно оглянувшись вокруг в поисках неведомых преследователей.

— Тени, — так же тихо сказал Евгений, — они говорят, что всё потеряно. Я опозорил свой род. Не смог отстоять свою честь, позволив бюрократам отнять то, что моё по праву. Они говорят… они постоянно говорят… по ночам особенно громко, — Евгений судорожно сглотнул ком. — Они не оставляют меня. Только шепчут, шепчут и шепчут. Это бесы, Клим. Они ждут меня.