Трудовые доходы

Мимоходом стащив яблоко с лотка краснощекой, веселой толстухи, Локсли, не глядя, жадно откусил большой кусок, но тут же сморщился: яблоко было кислым, недозревшим. Робин выплюнул кусок разочаровавшего его плода, а огрызок швырнул в ближайшую сточную канаву. Вздохнув, стрелок хотел было продолжить свой путь, как вдруг его зоркий взгляд выхватил из толпы знакомое лицо.Лицо это принадлежало юному Уильяму, поваренку из замка, который водил дружбу с не менее юным Мачем, сподвижником Робина, и разбойник счел эту встречу подарком судьбы, не предполагая еще, чем она обернется.

— Здравствуй, Уилл! — вполголоса приветствовал отрока разбойник, пробравшись к поваренку через разношерстную толпу и дернув его за рукав. Уильям гадливо отстранился, состроил презрительную гримасу и смерив разбойника хмурым взглядом, мрачно бросил:— Иди себе, куда шел, безродный бродяга, а не то, клянусь, я от души намну тебе бока!Робин усмехнулся и слегка приподнял грязные, изодранные поля убора, покрывавшего его голову. Уильям узнал усмешку, узнал и лукавые зеленые глаза, и в изумлении воскликнул:— Робин! Ты здесь!— Тише, тише, малыш! — Приложив палец к губам, проговорил стрелок. — Или ты хочешь, чтобы сюда сбежались соглядатаи Гизборна? В другой раз я, пожалуй, был бы не прочь побегать с ними взапуски по этому двору да надавать им тумаков, но сегодня не тот случай. Я хочу видеть Марион. Отведи меня поскорее в замок, да так, чтобы никто не заметил, а уж там я найду то, за чем пришел. Уильям, к удивлению Робина замялся, осторожно оглянулся по сторонам, словно опасаясь чего-то, а потом негромко сказал:— Марион больше не живет в замке. — И увидев неподдельное удивление в зеленых глазах шервудца, спросил: — Ты разве не знал?— Ее дом в Шервуде, это верно, — кивнул Робин, озадаченный переменой, произошедшей с его визави. — Но ведь и замок, при необходимости, дает ей кров. Да что с тобой, парень? С Марион что-то случилось? Если тебе что-то известно, говори!— Мне известно то же самое, что всему Ноттингему, — сказал Уильям, пожимая плечами. — Леди Марион отписала свои земли брату шерифа, а сама ушла…— В монастырь?! — воскликнул разбойник, позабыв об осторожности. — Ушла в монастырь и отписала земли этому прохвосту де Рено?— Почему в монастырь? — удивился юнец, вскинув брови, — Она вовсе не в монастыре, Робин, она живет здесь, в городе.