Вдали от Камелота

Перед сэром Сегравидом развернулась холмистая равнина, пересечённая ручьями, изрезанная оврагами, поросшая кое-где кустами шиповника и рощицами из берёз и рябин.

Такая же роща примыкала к его родовому замку Каэр Кноик у границ Думнонии. Эйдин любила гулять там, а больше ничто в Каэр Кноик не радовало её. Замок навевал тоску. Его и замком по нынешним понятиям нельзя было назвать. Замшелый донжон на оголённом холме, построенный два с лишним столетия назад. Эйдин не хотела в нём жить, особенно после того, как узнала блеск и величие Тинтагиля.

Из-за неё сэр Сегварид воротился ко двору короля Марка. И что из этого вышло! Не надо было слушаться женского каприза. Но разве смог бы он смотреть, как она печалится, сидя у окна, как бледнеет и чахнет вдали от радостей придворной жизни, будто птичка в тесной клетке…

Сэр Сегварид направил коня в неглубокую ложбину. Если понадобится, он будет ехать день и ночь без сна и отдыха. Он пойдёт пешком, поползёт на брюхе, но спасёт её. Или сам сложит голову.

Таков ответ на все его вопросы.

2

Все Сегваридовы несчастья начались с появлением при дворе сэра Тристрама. Вернее сказать, с той поры, как лионезский рыцарь возвратился в Тинтагиль, одолев в поединке сэра Мархальта, воителя могучего и доблестного, что сражался от имени Ангвисанса, короля Ирландии, за право взимать с Корнуолла дань.

Сэр Тристрам противостоял ему под знамёнами короля Марка, своего дяди. Он был совсем юн и приехал в Тинтагиль, мечтая стяжать славы, оттого и пустился в безрассудное предприятие, на которое не отважился никто другой.

Не потому, что среди рыцарей Корнуолла не хватало храбрецов, отнюдь. Но поражение означало бы большой урон для корнуоллской казны и корнуоллской чести. Нести ответ за такое никто не желал.

При этом поединок был единственным средством покончить с притязаниями ирландцев, не затевая кровопролитной войны, на которую у Корнуолла не было ни сил, ни золота.

Имелся, правда, ещё один путь: прибегнуть к помощи верховного короля.

Однако, воззвав к Логрии, Марк превратился бы из союзника Артура в его вассала, подобно королям Уэльса, Лоутеана, Нортумберландии, Думнонии и многих иных малых стран, а этого он всеми силами стремился избежать.

С другой стороны, и Ангвисанс не спешил посылать войска в непокорный Корнуолл. Он знал, что вторжение принудит короля Марка всё-таки поклониться Камелоту, и тогда ирландцы вынуждены будут пойти на попятный. Рыцарей Круглого Стола им не одолеть на за что.