Сереброликая Берегиня

Зверю распознать проще, запахи тянутся, рисуют образы, глаза духа видят по иному, лес полон искр Прави, туман Нави тянется низехонько, все в Явь пальцы сунет, да недотягивается.

Опустив морду, сереброликая зашагала в след охотникам. Мощные лапы быстро и бесшумно ступали, почва, засланная ковром прошлогодней опавшей листвы, глубоко проминалась. Тонкие стебельки сочной зелени, нашедшие лазейки в хрустящем покрове, поднимались следом, притоптанные, но несломленные, как от неуклюжих человечьих ног.

Догнала чужаков на полпути к Вратам Нияна.

Приготовилась, замерла в отдалении, если не свернут с тропы - смерть, разорвет в клочья, прийдется. Напряглась выжидая.

Охотники остановились, переговариваются, крупный, черноволосый тыкнул пальцем в сторону, свернул, остальные пошли следом. Забредя глубже в чащу, затаились, оружие на изготовке.

Берегиня следовала неотступно, мало ли, авось взбредет в дурные башки вернуться на проклятую тропу. Чужаки спрятались, она тоже замерла в недосягаемости людских глаз, принюхалась.

В ноздри ударил сильный запах кабана, яростного, налитого молодой силой. Образ вырисовался своеобразный, тонкими нитями улавливаемых струй воздуха: зверь в кустах жимолости, похрюкивает, пятак в земле, корни подрывает, чавкает. Запах исказился, кабан учуял опасность, к поту примешался мускус страха и раздражения.

Вдруг охотник с пышными светлыми кудрями, прицельно метнул небольшой камень в сторону жимолостных кустов. Испуганно завизжало, гаркнуло, звук перешел в вопль дикого бешенства, эхом разлетелся в стороны.

Огромный кабан, глаза красные от дурной крови, кривые клыки наружу, шерсть дыбом, метнулся из укрытия. Дрожа всей тошей, храпя тут же пошел в наступление.

- Ярек, в сторону! – гневный оклик, огромного, как скала человека, резанул слух, медведица напряглась, смерть близка, но пока не решила, кому выпадет жребий.

Батур кинулся, резко толкнул кудрявого в сторону. Лезвие кинжала, крепко зажатого в кулаке, выхватило тонкий луч солнца, блеснув золотой искрой в тени сгустившихся крон.

Зверь неистово несся вперед, прямо на него, взбешенный, страшный в праведном зверином гневе. Выпученные глаза слепы, туман ярости застлал, желтая пена летит из пасти, цепляется за кривые, уродливые клыки.

Кузнец напрягся, изготовился, закричал. Боль стегнула по колену, земля дрогнула от удара столкнувшихся, повалившихся тел, кинжал мелькал в воздухе, не находя цели.

- Не подходи! - заорал Батур, превозмогая усилия, еще кто бросится спасать, - я...