Попаданец в Византию. Аланская резня

Тому она явно досталась частью от предшественников, а частью он её лично собрал, переписав труды древних. Эх, Григорий...Григорий...И почему ты так медлил со своей возлюбленной? А ведь мог бы остаться в живых! Мог! Только что тебя ждало бы дальше?..

Рожер, не скидывая доспехов, уселся на кровати, вальяжно (насколько позволяло облачение) развалившись. Он спиной и левым локтем опёрся о стену. Оруженосец кинул в пламя несколько дров из поленницы, расположенной тут же, под боком, в углу комнаты, рядом с обитым железными обручами сундуком.

- Сперва о Марии...Как она там, в Константинополе? Ты её видел?

Рожер де Флор старался говорить спокойно, но глаза выдавали его живейший интерес.

Так...А что же за Мария? Проклятье! Ну точно, это его жена! Всё-таки отдали ему руку родственницы императора и, заодно, болгарского царя! Эх! Вот что значит пропущенная или забытая деталь.

Что же делать? Надо придумывать, надо придумывать!

- Она в добром здравии, но скучает по Вам невероятно, сиятельный. Не находит себе места вдали от Вас.

И просит скорее ехать к ней. Не нравится ей затея с Вашим приездом сюда...Вам лучше быть в войске, чем пылиться в этой глуши.

Рожер ухмыльнулся и всплеснул руками.

- Вот! Только она среди всех ромеев меня и понимает! Ценю её ум! И люблю её! Мне и самому скучно в этом нищем уголке. Мои ребята вообще стонут без дела, им совершенно нечем себя занять.

"Ну-ну, нечем себя занять...А то, что они сейчас вытворяют, получается, не в счёт?" - я едва не озвучил свои мысли, но вовремя сдержался.

Надо, надо помалкивать.

- Осмелюсь сказать, что порфирородная, - чёрт его знает, действительно ли она такая знатная, я уже и не помню, но польстить можно, - весьма проницательна. Cейчас отнюдь не лучшее время для пустого времяпрепровождения вдали от столицы. Кто ж там воду-то мутил в те времена? Венецианцы или генуэзцы? По-моему, генуэзцы. Но да ладно, иносказанием отделаемся! Чем меньше деталей, тем меньше опасность раскрыть себя. Пусть сам де Флор за меня скажет.

- Ромеи-то рады избавлению от турок и победам славных воинов, но.

.. - я сделал многозначительную паузу и посмотрел на де Флора.

Тот понял мою мысль лучше меня же самого.

- Генуэзцы? - вздёрнул правую бровь.

Видимо, считал, что это истинно царский жест. Ничего, ему ещё работать и работать над этим!

Я развёл руками, вздохнув.

- Василевс Андроник уважает их куда меньше василевса Миахил...

Дело в том, что в те годы империей правили сразу двое Палеологов - Андроник и сын Михаил.