Любимая княгиня

- Вы так слепо доверяете всем, у вас такое доброе сердце, вмещающее в себя истинное великодушие великого князя, каким не был, пожалуй, даже сам Ярослав.

- А кому же, по-твоему, я не должен доверять? – прищурился Изяслав.

- Я уже говорила вам, что за княгиней Анастасией столько людей из Византии… а вы даже не смотрите переписки!

- Но это же письмо личное…

- Разве у правителей есть что-то личное? – пересилив себя, она жарко сжала руку Изяслава тонкими пальцами.

Он вспыхнул внутри, приободрённый её смелостью. Она не побоялась публично коснуться его! – Вам ли не знать, что каждый жест и шаг правителя – это судьба его владений и правления. За каждым кажущимся безобидным словом в письмах Анастасии может крыться умысел её отца или патриарха.

- Но не думаешь же ты, что она будет злоумышлять против меня, а, значит, и против своего мужа?

- Большой вопрос, без его ли участия она будет это делать? – Видя, как ярость зарождается в Изяславе, Нейола поспешила закачать головой, позволив себе ещё большую фамильярность, чтобы заставить его спутаться после намёков на нечестность младшего брата: - Прости, прости! Забудь! Я всё ерунду думаю, потому что уезжаю и беспокоюсь о тебе… О! Простите, я забыла о почтительности…

Присела скорее она в поклоне.

- Брось это! – милостиво махнул Изяслав.

– Поднимись. Я не сержусь. Но красивой женщине не пристало забивать свою голову подобными страхами. Управление, власть, защита – дело мужчин.

- Конечно, великий князь.

- Изяслав Ярославич! – вмешался к ним третьим Всеслав, чем обязал тех отойти друг от друга подальше, прекратив любые соприкосновения. – Позвольте забрать мою супругу, нам собираться в путь-дорогу.

- Разумеется.

Я уже сказал ей, что буду рад вашему возвращению, и повторяю это тебе, племянник! Киев теперь всегда открыт для тебя, не забывай о нас, своих родичах!

- Не забуду, дядя! Никогда не забуду, - с улыбкой поклонился он и они с Нейолой отошли. Она прошипела под нос, сузив глаза:

- Я изведу весь их род!

- Что стряслось?

- Ничего нового. Я просто всё так же их ненавижу.