Проклятая Черной Луной

И никогда им не была. Почему ты так себя ведешь?

Ики круто развернулась и смерила Яру презрительным взглядом.

— Потому что ты жалкая. Ты и Шани. Вы жалкие. Вы готовы согласиться на все, что угодно, лишь бы побыстрее выйти замуж. А я не такая. Я себе цену знаю. И я не позволю кому-то вроде тебя помешать мне. Я достойна самого лучшего.

Слова хлестнули Яру больнее плети. И с языка сорвалось то, что ни в коем случае нельзя было произносить.

— Или ты пытаешься доказать, что не зря родилась, лишив этим свою мать способности ходить.

Ики издала утробный рык и бросилась на Яру. Девушка сделала шаг в сторону, и Ики полетела на землю, сдирая локти и подбородок. Она неуклюже повернулась, села. Осмотрела руки, отерла лицо и разревелась, как маленький ребенок. Как в тот день, когда конь скинул ее в навоз.

— Что тут происходит? — на дорожке показалась Шани. — Ики?

— Это все она! — младшая указала дрожащим пальцем на Яру и принялась размазывать сопли по лицу. Шани смерила Яру полным злости взглядом и, словно позабыв о своей ноше, помогла Ики подняться.

Девушка все еще рыдала и судорожно хватала ртом воздух.

— Ну, тише-тише. Все хорошо. Дай посмотрю, — она достала из рукава платок и принялась стирать грязь с ссадины на подбородке у сестры. Еще один гневный взгляд в сторону Яры.

— Шани, прости. Я хотела…

— Не сейчас, — прервала ее Шани, убирая платок обратно. — Мы идем к госпоже Мин. Все. Или ты хочешь прогуляться в одиночестве?

Глава 8. Услуга

Если Яра и успела допустить мысль о том, что Харука Мин сделала ее своей любимицей, то теперь сомнений не оставалось — ей показалось.

Да, старуха поделилась с ней нарядом из своих запасов, помогла сделать макияж и пожелала ей удачи с такой теплотой, что на глаза Яры чуть не навернулись слезы. Теперь же сваха смотрела на нее с неприкрытым горьким разочарованием.

Рядом стояла Ики Чен, прижимавшая к рассеченному подбородку платок сестры. Позади, как молчаливые свидетели, стояли Хана Кин и Шани Чен. Остальные девушки еще развлекали гостей в саду.

— Вы испытываете мое терпение, — стиснула зубы старуха. — Я считала вас лучшими, а вы! Что вы позволяете себе устраивать? Еще и под боком у императора?

Ее взгляд резанул обеих, девушки синхронно опустили головы.

— В чем заключался ваш первый урок, Ики Чен?

— Что мы здесь все сестры, — пробубнила юная невеста.

— Именно. Вы сестры. Не те, что таскают друг друга за волосы и воруют наряды, а те, что делятся друг с другом мудростью, поддерживают ту, что оступилась.