Кушаны

Вряд ли воины со стен и башен города могли рассмотреть лицо красавицы, нежность которого сравнима разве что с лепестками весенних цветов; они любовались ею, как терракотовой статуэткой – символом плодородия и семейного счастья. Только гончар, спешащий к своей печи в этот ранний час, поймал взгляд карих глаз, словно окутанных необыкновенным золотым сиянием.

По велению мужа Шаогоз с детьми и небольшой свитой накануне приехала в Город Ветров. Дорога тяжело далась ей. Ребенок внутри беспокоился, толкался, просился на волю.

Но не пришел еще срок, и Шаогоз волновалась. Буцзю поселил ее с мальчиками в хорошем доме недалеко от цитадели. На то был приказ самого царя! Муж хотел, чтобы они жили в поле, в шатре, но царь не позволил – не место женщине среди воинов, а в стужу за толстыми стенами дома теплей и надежней.

Семья, которой принадлежал дом, владела большим куском земли. Всем нашлось место в других постройках на дворе. Они стояли по кругу, недалеко от рва, окружающего цитадель. В центре оставалась большая площадь, занятая стойлами для лошадей, загоном для овец, а за пределами участка, у самого рва, возвышался небольшой холм.

Вот с него в этот ранний час и раздавался детский смех. Неужели ее непоседы устроили игру вблизи цитадели?.. Шаогоз, тревожась, свернула за угол дома и пошла по небольшой улочке, огибающей холм. Земля на нем дышала влагой. Желтая трава, примятая дождем, словно стекала с него тонкими ручейками. Мальчики скатывались по ней, потешаясь друг над другом. Увидев их, Шаогоз рассердилась.

– Шодиа, Родиа, что это вы устроили? – она грозно окрикнула сыновей.

Дети, пойманные врасплох, остановились и, понимая, что сейчас им влетит за грязь на штанах и мокрые подолы ачканов, испуганно переглядывались.

Шаогоз поднялась к ним, придерживая живот. Как она не уследила за детьми?! Стыд-то какой! Не успели приехать и сразу проказы! Шаогоз исподлобья поглядывала на улицу. Кроме спины удаляющегося одинокого мужчины, она не увидела никого.

Только несколько стражников пялились на нее со стены цитадели. Царская стража! Донесут царю, Буцзю рассердится…

– Быстро в дом, – приглушенным голосом приказала она.

Братья, вытирая грязные руки о штаны, дружно закивали и покатились вниз. Шаогоз не успела возмутиться, как сама, запутавшись в подоле накидки, поскользнулась и съехала вслед за ними. Она только ахнула, и тут же над ней нависли две курчавые головы.

– Мама, ты тоже катаешься? – это Шодиа.