Пока ты не предашь меня

— Это ж надо было так попасть, — Ду Хуа, накануне порадовавшая себя вином, горестно вздохнула, — Почему вместо Ли-лаоши нас внезапно поручили этому извергу…

— Говорят, что Ли-лаоши пришлось спешно покинуть школу по особо важному поручению, — Тоу Мо вклинился между неспешно идущими подругами и принюхался, — Кажется, вы вчера в наглую выпивали без меня.

Ли Цзы улыбнулась; у этого парня был страсть какой хороший нюх на алкоголь и его последствия. Сама она только по пьяным привычкам могла определить, что Хуахуа в одиночку таки опустошила горлянку.

Девушка шмыгала носом, то и дело хваталась за голову и висла на локте у Ли Цзы. Типичная утренняя пьянь.

— Это не мы, это — она, — сдала подругу с потрохами, забавляясь, — Но Хуахуа явно очень сожалеет о содеянном.

Перекидываясь колкими фразами они вместе со всем потоком учеников добрались до тренировочного поля. Пришлось выйти за ворота школы, там не было защитного купола и солнце вкупе с сухим воздухом начало беспощадно саднить кожу. Все ждали карателя… то есть, учителя Вэня.

Общее настроение было такое, словно всех собравшихся ждало наказание и это было не какое-нибудь чжан*, а самое настоящее чжань*.

*Чжан — битье толстыми палками.

*Чжань — обезглавливание.

— За что нам всё это… — простонала Ду Хуа, отчаянно пытаясь выглядеть менее подозрительно.

— Всё — это что? — вкрадчивый голос учителя Фын Бао заставил учеников подпрыгнуть на месте и выпрямить спины так ровно, словно к ним привязали линейку для наказаний.

Подруга осеклась и смешно округлила глаза; её щёчки-яблочки порозовели от неловкости. Момо хихикнул и попытался переключить внимание на себя:

— Учитель Вэнь, как будет проходить сегодняшний смотр умений?

Фын Бао лаоши не был плохим человеком, к тому же приходился Ли Цзы дядей, но даже она сама чаще говорила “каратель Вэнь”, нежили “Вэнь-шушу”. Строгий, жесткий человек полностью посвятивший себя изучению боевых техник школы. В военное время он точно был бы главнокомандующим.

— Будете выходить на поединки один на один, — много говорить он не любил, но для непонятливых студентов решил напомнить правила: — Убивать не можно, остальное пожалуйста. Кто то хочет пойти первым?

Как и ожидалось, смельчаков не нашлось — это было хуже казни чжань. Там хотя бы спокойно умер и вперёд на перерождение, а тут есть вероятность жестоко покалеченным, но до противного живым восстанавливаться до мэндуна. Никому добровольно идти на это не хотелось.