Пока ты не предашь меня

— Ты ещё кто такая… — мужчина попытался освободить руку, но сколько бы ци не вкладывал — тщетно, быстро смекнув, что в “честном” бою её не одолеть он свободной рукой ухватил Ли Цзы за шею, сжимая и нащупывая точку в которой лучше всего ломается позвоночник.

Ван Шен хмыкнула, покорно отпуская руку советника. Тот воодушевился, самонадеянно глядя на неё снизу вверх. Отвлекшись, он потерял контроль над марионеткой и Ли Цзы, к своему ужасу, начала приходить в себя. Энергия возвращалась, сперва медленно наполняя соединительные каналы (络脉, ло май), а затем хлынула волной, больно ударив по меридианам.

Не сдержавшись, девушка закашлялась, уголок её рта окрасился кровью.

— Могу ли я… — Ван Шен поймала затуманенный взгляд подруги и чуть-чуть приподняла бровь.

Ли Цзы собралась легонько мотнуть головой, но не успела. Культистка бешеной собакой рванула на себя тонкую струну, которую не пойми в какой момент успела оплести вокруг шеи лао Лана. Невероятно острый металл прорезал и плоть и кости; голова советника задержалась на его плечах лишь на долю секунды, после чего рухнула прямиком в перевязь с соломой и осколками горшка.

— Ха! — глаза Ван Шен засияли едва сдерживаемым истерическим смехом, — Погляди-ка!

Она схватила перевязь и начала размахивать ею из стороны в сторону, повторяя тихим шепотом: глупец умер глупец умер… (杀-傻-杀-傻 — иероглифы глупый и убийство различаются по звучанию тоном — shā — shǎ).

От мельтешащей перед глазами картинки Ли Цзы стало совсем дурно и в какой то момент сознание решило покинуть её окончательно.

Последнее о чём девушка успела подумать это то, что она всё-же с ног до головы измарается в чужой противной крови; она ненавидела кровь. Вопреки ожиданиям, вместо лужи крови и жесткого пола её подхватили изящные, но полные жизненной энергии руки; Ван Шен перестала безумствовать, заметив плачевное состояние подруги и ловко поймала свою потерю. Усадив девушку за чайный столик и обложив подушками — чтоб не упала, она споро вынесла из залы верхнюю и нижнюю части тел. Специально положила их по разные стороны от входа и нарисовала талисманы — только цзянши им не хватало в эту прекрасную ночь.

Улыбнувшись своей находчивости девушка бодро зашагала внутрь, но звук начавшегося шевеления привлёк её внимание. Ван Шен была хороша в уловках, гадостях, убийствах, раскапывании чужих могил, различном вредительстве… Но чертовски плоха в благих вещах.