Угрюм. Книга первая.

Обратить вас в пыль чтоль?

— Не надо в пыль, бабушка, – Торопливо начала Олейка, нас дочь твоя прислала Йогуша, сказывала на помощь твою уповать.

Ведьма задумалась. В воздухе повисла напряженная тишина. Угрюму было ясно, как день, что старуха одним движением, или словом действительно может обратить их в пыль.

— Так и быть. Ступайте топите печь, да вымойтесь, как следует, потом накормлю, да спать уложу, а уж утром и поговорим.

Дрова, оказались за печью, а когда угрюм задался вопросом откуда и как таскать воду, для мытья оказалось, что колодец был прям в доме, в подполье.

Как говорила Яргиния, так гости и сделали. Мыться Угрюм сначала было собрался вместе с подругой, но та прогнала его, напутственно наподдав по хребту половником. Когда уже оба отмылись от дороги, да от сажи, ведьма накормила их, ни о чем пока не спрашивая, сидела и сверлила обоих глазами, вернее сказать одним глазом, второй то, застеленный мутным белым бельмом, уже лет двести как не видел.

Старуха была очень древняя, кожа, как пергамент, нос не такой длинный, как у дочери, а наоборот узкий и слегка приплюснутый, губы - две черные полоски, изо рта торчит сточенный клык, помимо него во рту ещё только два зуба.

Ужин, или скорее завтрак был весьма сытный: оленина и свинина, репа и брюква, сыр и творог всё свежее, распаренное, аппетитное.

Наевшись до отвала гости почувствовали, как их нестерпимо клонит в сон, Яргиния отправила их спать на широкую высокую кровать с периной и парень с девушкой, лишь голова каждого коснулась подушки, тут же провалились в царство снов.

Проснулась парочка поздним вечером уже, в доме хозяйки не было, а на столе стояла свежая выпечка и наваристые щи. Как и когда это было приготовлено, стало для молодых людей загадкой, потому как в комнате было довольно прохладно, печь была остывшая со времени, как они там мылись.

Тем не менее голод ни тётка (в крайнем случае дядька), парень с девушкой, осмотрев комнату взялись таки за еду.

Когда дело дошло до студеного кваса в печи что-то зашуршало, загудело, резко ухнуло и в комнату влетела Яргиния в большой, старой, треснувшей ступе. Правила она старым пестом, была лиха и весела.

– Поподчивали касатики, ухмыльнулась старуха, показав на уголках рта свежую, ещё не спекшуюся, чью-то кровь.

– Ну теперь пора и разговоры вести, - ведьма ловко выскочила из ступы и та сама умчалась в дальний угол.