Угрюм. Книга первая.

Все уселись за столом, Яргиния внимательно слушала, а Угрюм с Олейкой по очереди, дополняя друг друга, а подчас перебивая, рассказывали где и как жили они, как любили бабушку Йогушу, как нынче неспокойно в Белых водах, как пришли демоны и порубили всех дорогих им людей, включая и добрую ведьму. Рассказывали подробно почти всё, Угрюм лишь умолчал о бочке, в которой его нашел Годовит, да о том, как Йогуша вдохнула жизнь в почти умершую мумию, из которой вот получился он. Но о чём и умолчали они, старуха, казалось знала и сама.

Вообще за весь разговор ни одной эмоции на лице древней колдуньи не промелькнуло, абсолютно ничего её не трогало, даже более того, слушать эту парочку Яргинии было сильно скучно.

Наконец начала она задавать вопросы, пристально смотря в глаза гостям.

– Вижу на вас отметки моей дочери, уж больно она вас приметила. Известно ли вам человеки, что эти индивидуальные отметки оберегают вас, всё то, что вы называли везением, есть работа отметин. В тебе девка она видела ту, кому дар свой передать можно, вернее мой дар, который я немного передала дочери.

Что ж, вижу в тебе дар прижился… Возьмусь пожалуй я за твоё обучение, вот только …

Старуха вдруг взглянула парнишке в глаза, пристально и как-то странно. Так длилось довольно долго, Угрюм тоже старался не отводить взгляда, не показать слабости.

Сидели.

Глядели, молчали.

Не отводя взгляда ведьма вдруг заговорила.

– Я знаю твой меч, видела его ни единожды. Покажи мне его ещё.

На миг Угрюм замешкался.

– Не менжуйся молодец, мне его в руках не удержать, мышцы сведёт, – хитро улыбнулась ведьма.

– ты его на стол положи.

Из складок шкуры накинутой на плечи Угрюм извлёк свой зачарованный меч и положил его перед старухой.

– Тот самый, да… уж не думала, что снова увижусь с потомком истинной крови. Последний из потомков прямой крови Тархитая с кем я говорила был сам Хануман, дед твоего отца Джунара. Да, да я знаю кто твой отец, тут даже догадаться не сложно, ты многое от него унаследовал. А Ханумана я помню, лихой был владыка, власть держал в кулаке и амперия драконов не смела перечить ему.

Сын Хунумана – Моган заболел страшной хворью и помер бы, как пить дать, а сыном он был старшим и любимым, Хант и Сант, его младшие братья, были, как бы это сказать, не далёкого ума, доверить им державу Хунуман не мог. Меня тогда позвали помочь, я помогла. Помогла, но и цену свою с Хунумана запросила. Цену то не великую два десятка лет его жизни, он согласился, договор кровью скрепили.