Угрюм. Книга первая.

– Вот Вам моё слово, слово Угрюма сына Джунара. Не будет народ белой расы более по норам прятаться, будем драться, завтра идём в село Подгорное, возьмём его и разошлём вестников во все веси, что есть сила готовая с Кааном боится, пусть приходят к нам, все кто волю свою сохранил, кто законы предков чтит, да оружие в руке держать сможем, то будет моя рать. Тебя Маул назначаю главным моим воеводой, тебе за рать и ответ держать.

Слова Угрюма приняли всеобщим ликованием, заждались воины дел ратных, никому не по душе были пещеры тёмные, каждый желал победы над воинством чёрным – ордой Каановской.

***

Как говорил Угрюм, так и стало. На следующий день воодушевлённые ратники были уже в Подгорном селении и ещё до обеда всех посадников Каановские и их приспешников убили, да проследили, чтоб ни один гадина не сбежал.

– Теперь месяца полтора есть у нас рать набирать, пока сборщики дани не прибыли, да не обнаружили, что здесь власти Каана более нет, - заметил Федул, что стал одним из десятка приближенных к княжичу.

Сборщики дани, как выяснилось были здесь три раза в год: на осеннее и весеннее равноденствие, да на день Купалы. Все соки из народа посадники собирали, а сборщики всё везли в Тобул вместе с сотнями невольников, которых до сего года и не бывало никогда на землях белой расы.

Долго пировать было некогда, и спустя день направились отряды забирать все ближайшие села, да свободные люди пошли по всем сторонам сообщать о новом княжиче - заступнике, что в селении Подгорном рать собирает.

В самом же Подгорном остался сам Угрюм с первым десятком да ещё два десятка, новую рать собирать да обучать.

К вопросу о том, кого в свой первый десяток включить Угрюм подошёл со всей ответственностью. Нужны были люди знающие, надёжные, крепкие, а таковых пока у княжича не водилось, кроме разве, что воеводу Маула он сразу принял, да проверенного уже Федула, а вот Микиту не взял в первый десяток, слишком юн ещё и неразумен (никто и представить не мог, что по чести и Угрюму самому четырнадцатая зима только шла, хоть на вид ему казалось не меньше двадцати пяти).

Новым княжичем все искренне гордились, крепкий, сильный, справедливый, бесстрашный, рядом с ним всегда ручной пещерный волк, с красными глазами, при этом послушнее цепного пса, а Угрюм с ним разговаривает и братом нареченным зовёт.