Гроза над морем

Что алкоголь накануне режима боевой готовности употреблять запрещается. Что на каждую ночь, даже когда ничто не предвещает опасности, нужно выставлять хотя бы троих часовых. Именно сегодня произошедший случай выбил его из колеи: если бы Мишель и Дэниэл, с некоторых пор всюду следовавший за штурманом тенью, не оказались в нужное время в нужном месте, последствия наверняка были бы непоправимы.

На палубе царил невообразимый шум. У борта на коленях стоял связанный паренек витков одиннадцати в грязной рубашке и неподпоясанных холщовых штанах.

Светловолосый, бледнолицый, узкоплечий и слегка сутулый, он волчонком смотрел в пол и изучал трещинки на досках. Из-под носа по крепко сжатым губам его струилась кровь, на скуле расплывался синяк. Крики и ругань сыпались на него со всех сторон. Офицеры удерживали матросов от того, чтобы они не накинулись на него и не избили еще раз. Мишель стоял рядом с мальчишкой и держал его за плечи, хотя в этом уже не было необходимости, а Дэниэл, изредка бросая в его сторону косые взгляды, вытирал о полу короткого жилета окровавленную руку.

Марта выбралась наверх с керосиновой лампой, зябко кутаясь в вязаную шаль: до этого она сидела с Арчи, хотя тот и пытался ее от этого отговорить, прикрываясь тем, что он уже взрослый – забота все равно была ему приятна. Любопытство победило вежливость, и Марта подбежала к Дэниэлу. Он еще не успел стереть до конца кровь с ладони, и она испуганно ахнула, взяв его руку в свою:

– О боги, что это?

– А он больно кусается, – нервно усмехнулся юноша, еще раз взглянув на связанного мальчишку.

– Мы с Мишелем его в заднем отсеке трюма нашли. Подложил бутылку с горючей смесью и шарил по вещам, хотел стащить копию нашей карты сокровищ и семь мешочков с монетами. Я его поймал, когда он забрался в угол, как крысу пришлось ловить, а он зубами в руку вцепился.

Марта подошла к связанному мальчишке, взяла его за подбородок и осветила лампой лицо, все перепачканное копотью и какой-то грязью, чуть тронутое летним загаром. Широко расставленные голубые глаза, заостренный, как у лисички, нос, засохшая под ним кровавая дорожка, плотно сжатые губы и такой знакомый вихор над насупленным лбом.

..

– Леди Марта? – паренек вдруг дернулся, отшатнулся от девушки, и в его глазах сверкнул неподдельный испуг. – Но как… Разве вы живы?

Вскоре на верхнюю палубу поднялись все, кто только присутствовал на корабле. Шум и крики постепенно утихли, и теперь все собрались вокруг Мишеля, Дэниэла и маленького плененного северянина.